Сейчас Мао понял, что ему предстоит узнать, что чувствуют зомби при пожирании людей. Осторожно покосившись по сторонам на товарищей по несчастью и оценив их реакцию, Фэй нехотя потянулся к столовым приборам, заставляя себя через силу совершать каждое движение. При этом в его душе нечто темное возликовало в предвкушении этого насыщения и одновременно жаждало поскорее дожить до того момента, когда представиться возможность добывать этот благословенный источник жизни самостоятельно, а не подбирать объекты, точно прирученной собаке.
«Я должен это сделать» - промелькнула в голове мысль. «Мое сопротивление ничего не изменит, сделает только хуже. Я теперь такой же, как они. Я не могу быть таким же куском мяса, который лежит передо мной. Напротив, этот кусок мяса может сделать меня сильнее, поскольку содержит саму эссенцию жизни в куда большей степени, нежели животное».
Взяв самый маленький кусок, Мао отправил его в рот и прожевал, а затем проглотил с как можно большей скоростью, чтобы не прочувствовать вкуса и не подстегнуть то торжество, которое черным пламенем разгоралось в его сердце.
«Может я и должен это есть, но я не должен чувствовать превосходства. Это всего лишь еда. Человек не чувствует превосходства, когда убивает корову или отправляет котлету в свой рот» - продолжал размышлять Фэй, стараясь принять как можно более бесстрастное выражение лица. Ни восторга, ни печали он демонстрировать не обязан, а печаль и отвращение и вовсе вызовут в нем слабость. Ещё в первую ночь Мао решил начать новую жизнь и теперь понял, что это его испытание в связи с этим. Примет ли он новые правила игры? Поддастся ли им, или продемонстрирует гибкость, оставив свои чувства, но спрятав за непроницаемой невидимой стеной, созданной разумом? Мао хотел бы и сам знать ответ на эти вопросы, но пока задавал их себе, просто чтобы успокоить свою проклятую душу.