Дни огня - начало
От издателя
Мне всё ещё трудно читать вступление Ивса без слёз. Я знаю: во всем этом хаосе и безумии мира убийство одного университетского профессора может показаться малозначительным, но Ивс Дарра был несравненным ученым и ещё лучшим другом.
Несмотря на его скромные слова, Ивс смог передать настроение «Ημερεσ Πυροσ» лучше, чем кто-либо. Способ его убийства не оставляет никаких сомнений, что этот перевод «Дней огня» был как-то связан с мотивами убийцы. Убийцы, гуляющего на свободе, пока я пишу это.
Мы не знаем, кто написал «Ημερεσ Πυροσ». Я всегда думала, что это женщина, из-за выделяющейся женской образности и других намёков. Но Ивс думал, что это был мужчина, а математические намеки и тонкости (вроде наличия такой концепции как «миллион») указывают либо на кабалистического ученого, либо на пифагорейца (либо и на то, и на другое), и что женщина того временного периода (Центральная Европа приблизительно 120-200 годов) вряд ли обладала бы такими знаниями.
Мы также не сошлись во мнениях относительно происхождения автора. Исходя из упоминаний слонов и львов, Ивс предположил, что он из Северной Африки. Исходя из упоминавшихся выше указаний на женщину, я склонна считать, что автор был из Плодородного Полумесяца, хотя греческий язык и может, при поверхностном просмотре, показаться маловероятным выбором для араба или еврея. Мы сошлись в том, что недавно найденный греческий текст (также известный как «Йельский текст»), вероятно, был старше, чем неполный латинский «Dies Ignis» (известный как «Оксфордский текст»). Но не исключено, что латинский текст был первым, а греческий был переводом (хотя и с превосходящими формой и стилем), и Оксфордский текст – испорченная копия старшего оригинала.
Трудно спорить с тем, что обе версии текста серьёзно повреждены, и что человек или люди, копировавшие их много позднее, могли добавить фактов, чтобы они казались более правдоподобным. В особенности, Ивс подозревал, что ссылки на «Племя Семи Столпов» были более поздними дополнениями шарлатанов для жерновов политической мельницы. Поначалу он думал, что вся пятая глава может быть более поздним дополнением умелого имитатора, потому что её свободная структура очень отличалась от математической точности первых четырех.
Мы уже готовились провести частотный анализ слов, когда на него совершили нападение и убили.
Из-за очевидной связи между его убийством и смертью предыдущей переводчицы «Дней Огня» полиция предполагает, что я также могу быть целью. Находясь под защитой бостонской полиции, я узнала, что проводилось и федеральное расследование, но как я ни пыталась выяснить о нём что-нибудь, даже для того, чтобы предложить свою помощь или показания, я натыкалась на каменную стену.
В то же время я узнала об Августе Бирсе, работы которого (вдохновленные "Днями огня", по крайней мере, косвенно) во время показов в Нью-Йорке и Токио вызвали беспорядки. Мы с ним переписывались, пока он внезапно не был помещён в одно учреждение закрытого типа.
Со временем я узнала, что расследованием руководил Харлан Бэббит, по крайней мере, до тех пор, пока он не был уволен с этой должности. Затем я получила имя «Вудроу Миллер» - имя, в действительности, мне не безызвестное. Помимо того, что Миллер был агентом ФБР, он был уважаемым антикваром, экспертом ФБР по украденным инкунабулам, и, я думаю, одним из тех немногих федеральных агентов, которые могли прочесть и оценить содержание «Ημερεσ Πυροσ» без посторонней помощи. Через некоторое время я выяснила, что Миллер был агентом, ответственным за поиск Оксфордских текстов «Dies Ignis», когда те были украдены во время музейного тура по штатам. Мои попытки установить с ним контакт были тщетны, но я узнала, что был ордер на его розыск и несколько человек, по их словам из Оборонного Разведывательного Управления, долго допрашивали меня о нём, а затем намекнули, не очень тонко, что сейчас, возможно, не самое подходящее время для публикации новых материалов по «Ημερεσ Πυροσ».
Я не знаю, что случилось с Вудроу Миллером, или в чем была роль Харлана Бэббита, или почему так много людей, вступавших в тесный контакт с этим текстом, пережило неожиданное несчастье. Без Ивса мои попытки собрать всё воедино невероятно замедлились. Но я не собираюсь молчать.
Своей последней волей Ивс назначил меня своим литературным исполнителем, и я переиздаю его переводы в этой книге. Вместе с этим, я получила права распечатать некоторые из картин Бирса. И наконец, у меня есть кое-что ещё.
Я не могу сказать, откуда я их получила, или каким образом, но у меня есть бумаги, относящихся к расследованию Вудроу Миллером смерти Ивса, а также по некоторым другим делам. Я не знаю, как они связаны с «Ημερεσ Πυροσ», «Dies Ignis», или «Днями огня». Я не знаю, реальны ли связи, найденные Миллером, или они являются плодом больного разума. Но если тут есть связь, я не могу позволить ей остаться сокрытой.
Я надеюсь, что один из вас, моих читателей, сможет выяснить это. Боюсь, что я не смогу.
- Др. Гретта Страйкер
От Переводчика
Над легендарными «Ημερεσ Πυροσ» благоговели, их подвергали тщательным исследованиям и переводили с огромным трепетом. Я знаю, что такое отношение действительно заслуженно, но не по тем причинам.
«Дни огня» – огромная работа ума, текст полон (иногда размытых) образов и глубокого (хотя иногда и приводящего в замешательство) символизма. Он потрясающий, прочувствованный, волнующий, тонкий, живой – в общем, эпический. Более того, он потрясающе структурирован и изящно задуман – поэма, чья художественность настолько фундаментальна, что кажется, будто в ней нет всех обычных уловок. Греческий текст кажется не работой, написанной рукой человека, а естественным объектом, созданными эонами эволюции.
Но «Ημερεσ Πυροσ», неоспоримо, написан человеком. Интеллектуальная трагедия в том, что эта работа нашла своих героев среди сумасбродов на грани истерики, настаивающих, что его автор – «дьявол», открывающий в нём (по каким бы то ни было абсурдным причинам) свой «план Армагеддона». Лихорадка тысячелетней тревоги веками окружала этот документ, укрывая его от глаз учёных и интеллектуалов, способных оценить его значимость. Сенсуалисты, утверждающие, что это религиозный текст (см. например, отвратное издание Веры Сэдри 1982 года, «Горящее время») – пройденный этап. И хотя такой широкий взгляд на человечество и вселенную выглядит правдиво, он определенно не имеет отношения к фактам.
Проблема неверной интерпретации – когда берут, например, «Метаморфозы» и читают их, как если бы это были «Откровения» Святого Иоанна Пталомейского (или, в данном случае, взять «Откровения» и считать их зашифрованным рецептом выигрыша в лотерею) – только ухудшалась плохим качеством большинства текстов Ημερεσ Πυροσ. Сэдри работала с Оксфордским текстом Dies Ignis 1422 года, который сам по себе является поврежденным, неполным, в плохом состоянии и (я думаю) переводом. Она объединила предположения неизвестного средневекового писца со своими апокалипсическими публикациями и породила сатирическую пародию, насмешку... на гениальное произведение.
Да, чтобы избежать недопонимания: Ημερεσ Πυροσ – гениален. Мне повезло присутствовать при опознании полного греческого текста из хранилища, найденного в Северной Америке, и сила композиции просто ошеломила меня. Кем бы ни был неизвестный автор, написавший этот текст, он был равен Гомеру и Эвридипу.
Ημερεσ Πυροσ состоит из 147 стихов, разбитых на пять больших глав.
Первая из них, «Весна мира», – краткое вступление, состоящее только из шести строф. В ней описывается миф творения, в общих чертах очень похожий на семитские легенды, но расходящийся в некоторых важных деталях. Во-первых, в нём создатель предстаёт в образе женщины, великодушной и заботливой. Даже традиционные наказания истории Сотворения представлены в виде даров в этой версии мифа. Во-вторых, в нем приводятся в равной степени мягкие или осторожные мотивы восстания против небес. Вместо самонадеянных слуг, попытавшихся прыгнуть выше своей головы, «Ангелы Тусклого Света» предстают теми, кто любил необдуманно.
Вторая глава, «Лето мира», вдвое длиннее первой и состоит из двенадцати строф. В ней мы читаем о превращении человечества из Эдемского совершенства в кровожадную тиранию, и параллельном превращении мятежных Ангелов в настоящих Демонов. Спровоцированный этим разложением, мир сам реагирует, наказывая неверных людей и Демонов.
Третья глава, «Осень Мира», описывает заключение мятежников и конец небесных войн. Но вместо мира изгнание «двух миллионов и двух тысяч и двух сотен и четырёх» фальшивых Богов привело к многочисленным разрушениям и ещё большей трагедии для людей. Эти двадцать четыре строфы полны непонятных образов, большинство из которых, при неточном переводе, вызвали такое множество всякого эсхатологического вздора. Более вероятно, что это (равно как и упоминавшиеся ранее «Откровения») на самом деле замаскированные политические высказывания анонимного автора поэмы.
Таким же образом «Зима мира» предсказывает потрясение, катастрофу и несчастье, но также чудеса и предзнаменования, и заканчивается списком знаков, по которым можно узнать «Конец Времен».
Достойно внимания то, что «Зима Мира» состоит из сорока восьми строф, что делает каждую главу вдвое длиннее предыдущей – геометрическая прогрессия. Пятая и последняя глава, хотя и длиннее, но не вдвое, что показывает некоторым читателям, что она концептуально отделена. Последняя глава, «Три пути через горящий лес», состоит из пятидесяти семи строф (пятьдесят семь было «числом слепого страха», согласно стиху 53). Вступление из пяти стихов описывает, определенного рода катастрофу, в которой все грехи из первых четырёх глав наконец-то проявляются. Следующие восемнадцать стихов представляют одно решение, следующие одиннадцать стихов – второе, а последние двадцать два предлагают третье. Несмотря на все жуткие образы, Ημερεσ Πυροσ заканчивается увещеваниями вернуться к добродетели, намекая, что только так человечество может спастись.
Мой убогий перевод не может передать всю полноту текста. В оригинале есть глубокие тонкости, которые при переводе на другой язык – в данном случае на английский – нельзя передать, не прерывая поток текста или не увеличивая семикратно его длинны нудными пояснениями. Пока доктор Страйкер готовит научную версию с аннотациями, я считают важным получить распечатанный прямой английский перевод так быстро, как это возможно, не только чтобы дать читателям ощутить аромат далёкого прошлого, нно также чтобы явить миру произведение, слишком долго остававшееся на обочине интеллектуальной жизни, показать всю его изысканность и мудрость, которых так не хватало тем, кто изучал и разбирал его.
Весна мира
[1]
Вначале были
Ангелы Дарующей
Числом девять миллионов и девять тысяч и девять сотен и девять.
У каждого Ангела было место.
У каждого места был Ангел.
Всё было спокойно.
Всё было определено.
[2]
Затем Дарующая дала Свой величайший дар.
Своим Ангелам Она дала дар давать, подобно Ей.
Они отдали лучшее от себя.
Дар миру.
Дар Дарующей.
Дар друг другу.
Даром были Женщина и Мужчина.
[3]
Затем Дарующая наложила закон на Своих Ангелов.
Им было запрещено то, чего Она требовала.
Она приказала им нарушить Её приказ.
На эту загадку не было ответа.
Не было света, чтобы рассеять эту тьму.
Страх пришёл в мир, и замешательство, и печаль.
Ангелы плакали, пока Мужчина и Женщина стенали.
[4]
Четверо собрались, чтобы найти свой страх.
Один из глубин, один с небес, один из ветров
И один из места за глубинами, и небесами, и ветрами.
Один сказал: «Мы должны действовать».
Один сказал: «Мы должны ждать».
Потом пришёл СВЕТ, и он говорил с ними.
Двое решили действовать со СВЕТОМ, и двое решили не действовать.
[5]
СВЕТ и двое пришли в мир Женщины и Мужчины
И сказали им: «Выбирайте».
Женщина выбрала СВЕТ.
Мужчина выбрал СВЕТ.
Первый из их сыновей выбрал СВЕТ.
Но последний из их сыновей отвернулся.
Из-за человеческого выбора всё последовало.
[6]
Потом огонь СВЕТА затух
И НОВЫЙ СВЕТ говорил о гибели.
Женщина испугалась.
Мужчина отвёл глаза.
Их сыновья, выбравшие разное, остались дружны.
Земля была спокойна, и звёзды в небесах, и ветры над волнами.
Только Тусклый Свет говорил о неповиновении.
Лето мира
[7]
Ангелы Дарующей
Числом шесть миллионов и шесть тысяч и шесть сотен и шесть.
Ангелы Тусклого Света
Числом три миллиона и три тысячи и три сотни и два.
И с Дарующей осталась четверть людей.
И с Тусклым Светом остальные.
И мир стал хаосом.
[8]
Всё разделилось,
Когда прикосновение Дающей,
Разделившее мир заново, заставило все содрогнуться.
Раньше противоположности составляли друг с другом целое:
Ночь и день, океан и земля, Женщина и Мужчина.
Новое деление было не гармонией, а раздором:
Свобода против верности, справедливость против милосердия, любовь против чести.
[9]
В сотрясающемся мире
Человечество наблюдало за войной Ангелов.
Племена Тусклого Света испытывали трудности.
Племена Дарующей испытывали кров Её и мир.
Но всё было одинаково для обоих племён – тот же гнёт, те же потребности, те же сомнения.
Разница: племена Тусклого Света знали, что они изгнаны.
Невежественные, племена Дарующей были холодными, злыми, спящими.
[10]
Затем старший сын Женщины и Мужчины,
Который был больше всех похож на Дарующую,
Попытался уподобиться Ей и принёс дары.
Но первый дар он дал себе, и даром его стала ложь.
Он думал, что даровал своему брату любовь, но то была ненависть.
Он думал, что даровал Дарующей свою преданность, но то было пренебрежение.
Из-за человеческого выбора всё последовало.
[11]
Дарующая не приняла его дар крови,
И, со своим даром лжи, он сказал себе, что Она отказала ему.
Он обратил свои дары к миру,
Называя свободой то, что было самым мучительным рабством,
Называя правдой свою злую клевету против Дарующей,
Женщины и мужчины слушали его, и Ангелы.
От него они выучили пути лжи и крови.
[12]
Война Ангелов стала грязной
Ангелы Тусклого Света сказали своим мужчинам и женщинам,
«Скройте свою дань от Дарующей и отдайте её нам».
С даром лжи они сказали это, и поверили, что это правда.
Ангелы Тусклого Света взяли краденный дар, как если бы он принадлежал им
Так они использовали дар вероломства.
Они назвали себя Богами, и потому были названы Демонами.
[13]
Демоны, считающие себя Богами,
Посмотрели на Ангелов, своих врагов,
И сказали друг другу: «Почему бы нам не взять дары
Этих Ангелов, наших врагов? Они – лишь слуги, а мы – вольны».
Они взяли у них то, что Дарующая дала им.
Они взяли имена, и формы, и узоры, и судьбы, и обязанности.
Они не оставили ничего, поэтому тех Ангелов больше не было.
[14]
Увидев боль, которую причинил, старший сын ушёл.
Но Дарующая предложила ему доброту. Она послала Своих Ангелов, чтобы утешить его.
Она предложила прощение, но его ложь превратила стыд в гордость, и он отказался.
Так велик был его отказ, что отказался он от света дня и тепла огня
И даже от неизвестного будущего, ожидающего человечество.
Он отбросил человеческие ценности, как разбитый горшок,
Вместо этого коронуя себя Великим Королем Крови и Тьмы.
[15]
Как и Великий Король, Демоны поставили себя выше женщин и мужчин.
Как раньше они существовали только, чтобы служить и преклоняться,
Так теперь они судили и наказывали.
Больше даров требовали они от женщин и мужчин,
И больше даров они забирали у Ангелов,
И число Ангелов, что они уничтожили,
Было один миллион, и одна тысяча, и одна сотня, и один.
[16]
Дарующая в ответ дала миру дар правосудия.
Когда Демоны начали погибать, они почувствовали это.
Ангелы повторяли, каждый за каждого, преступления своих неприятелей.
Пока число Демонов, обратившихся в ничто,
Не стало один миллион, и одна тысяча, и одна сотня, и один.
Демоны сопротивлялись вместе со своими последователями, своими любимыми дарами,
Но не щадили даже людей.
[17]
Мир получил новые дары,
Чтобы избавиться от Демонов:
Новый огонь, чтобы сжигать их крепости;
Новые ветра, чтобы вымести их с небес;
Новых существ, скитающихся по чащам и глубинам,
Чтобы они не могли спрятаться.
[18]
Когда Армия Демонов бежала, и человеческая цена была уплачена,
Демоны также дали дар.
В пространстве за пространством, в безвременье времени
Они создали убежище для душ, что лишились своих тел не в срок
И не знали дома.
Эта земля теней была их величайшим секретом
И, со временем, стала величайшей ошибкой, совершенной ими.
Осень мира
[19]
Наконец, дар покоя лег на все поля битв
И открыты были дары наказания каждому мятежнику.
Мир получил дар заключения,
Место, отделенное от света, и тепла,
И внимания Дарующей.
Каждый демон, пошедший за Тусклым Светом,
Склонился, потеряв силу, и был заточен в глубочайшей пустоте.
[20]
Ангелы Дарующей
Ушли
Демоны Бездны
Числом два миллиона, и две тысячи, и две сотни, и четыре.
Дети, женщины и мужчины
Забыли ложных богов, любивших их и заставивших их страдать.
Эпоха даров окончилась.
[21]
Но, хотя Демонов и Ангелов не было больше,
Некоторые непреходящие вещи остались.
Со временем, сильные женщины и проницательные мужчины
Нашли те потерянные имена, и формы, и узоры, и судьбы, и княжества.
Своей волей они подчинили их
И некоторые совершали добрые дела, а некоторые – злые.
Из-за человеческого выбора всё последовало.
[22]
Затем пришёл Великий Король Крови.
Не видя ангелов над собой,
И демонов под собой,
Он объявил себя правителем земли.
Он дал свой порочный дар тем, кто был наиболее похож на него
Те, что были достаточно мудры, чтобы увидеть правду, были обмануты собственными желаниями.
Тринадцать – число его потомства,
И они – беда для каждой нации.
[23]
Женщины и мужчины закончили свои дни на земле
И пошли дальше, в то таинственное будущее,
В котором было отказано даже величайшим Ангелам и самым могущественным Демонам.
Но некоторые не могли уйти.
Забыв о том, что смертны, они остались в заключении.
Узники в созданной демонами клетке, которая должна была быть убежищем.
По их воле, это царство мёртвых издевалось над живыми.
[24]
Мёртвые, забывшие умереть, были не одиноки
Дарующая дала дар и этому пространству за пространствами,
Этому безвременью времени.
Это был её дар забвения Демонам
и тяжким грузом лег он на земли призрачной смерти.
Вместе, сокрушенные и отвергнутые лежали
Как два трупа в могиле.
[25]
Но стены их могил были тонки
И их курган был невысок.
Великий Король Крови, сам забывший о смерти,
Породил тени и подчинил их.
Со временем эти призывы привели к большим зовам.
Те, что брали дары мёртвых Ангелов и погибших Демонов,
Нашли старые имена и прошли за адские стены.
[26]
Из ямы пришли пятеро.
Великий Король Крови построил свой город и отправил своих детей на войну.
Они были наказаны проклятьями и законами.
Высочайший дух возвысил своих лунных детей, и отправил их на войну.
Они были наказаны потребностью убивать собственных сестер.
Женщины и мужчины строили свои собственные города и отправляли своих детей на войну.
Для них не было наказания, кроме самой войны.
[27]
Такое оскорбление земле было невероятно для неё:
Жизнь и смерть слились в скользких объятьях;
Голод превратился в ярость сверх насыщения;
Даже самые высокие искусства разлагались;
Потом поднялась вода;
Топя девять десятых женщин и мужчин.
Так поверхность была очищена, но не раны, покоящиеся на глубине.
[28]
Первыми восстановились дети Книги.
Вторыми восстановились дети Сна.
Третьими восстановились дети Богатых Земель
Четвертыми восстановились дети Среднего Королевства.
Последними восстановились дети Земли Черепа
Эти племена не обладали и одной десятой десятины той малой части
Знания, которым обладали их предки.
[29]
Затем мужчины нашли новый путь.
Не путь, высеченный тиранами,
И не дорогу, выстланную ложными богами.
Их новый путь был правлением мужчин над мужчинами,
Где каждый мужчина был частью большего целого.
Каждый мужчина король, но не совсем.
И никогда женщина.
[30]
Когда шли они по этому пути
Пришла волчица, бродившая по лесу.
К её соскам приникли двое потерянных близнецов,
Которые росли, вскормленные зверем, чтобы выжить вдали от мира.
Их племя росло и полнилось, далеко бросая свою тень
На Земли Черепа, на детей Книги.
Но среди этих покоренных людей поднимался настоящий покоритель.
[31]
От детей Книги
Пошло новое племя,
Ведомое Приговорённым Человеком.
Те, кто были его злейшими врагами,
Становились его любимыми друзьями,
И его обращением
Дети Волка родились заново.
[32]
Если империя Детей Волка велика,
То империя Среднего Королевства ещё величественнее.
Если просторы Детей Волка обширны,
То просторы Средней Империи ещё больше.
И если Империя Близнецов Волчицы
Погибнет в сумраке, поглощенная кровью и первым из великих штормов тьмы,
То Средняя Империя будет жить до конца времён.
[33]
Снова из расы Книги,
Из людей, которые помнят первых женщину и мужчину,
Кто по-прежнему рассказывает истории об их сыновьях, убитом и убийце,
Вышло третье племя.
Человек, говорящий о гостях в ночи
И вере, и милосердии, и о божественном
И во имя него они правили, это новое племя – дети Семи Столпов.
[34]
Для последователей Приговорённого Человека тьма легла на Землю
И на души людей
Ведь живые завидуют мёртвым, и даже завидуют тем, кто забыл умереть.
Даже когда мёртвые перенесли второй шторм, живые
Пренебрегают главным даром Дарующей,
Вместо него принимая проклятие Великого Короля Крови
Не однажды это случиться, а дважды.
[35]
Со временем проклятие Великого Короля
Начало распространяться.
Как первый сын презрел Дарующую,
Так и его фальшивое семя презрело его,
Так черви его никчёмного потомства
Поднимутся, чтобы жалить змей.
Число их слабости четырнадцать: число их силы – на один меньше.
[36]
Когда дети Приговорённого Человека станут отцами,
Но будут отказываться порождать детей,
Они нападут на детей Великого Короля Крови
И они нападут на детей Книги.
Их дождь падёт, как на верных, так и на неверных
И дождь этот – не вода, но огонь.
Стараясь сотворить зло во имя добра, они всё же сотворят добро.
[37]
Со временем поднимется тьма.
Человек ещё раз поднимет глаза к небу
И увидит нечто большее, чем он сам.
Человек со стеклянными глазами видит правду, а человек с серебряным носом почувствует её.
Мудрый глупец спросит, почему луна не падает.
Они отцы, того не ведающие, нового племени, ликующего незамеченным.
Они основали племя Разума.
[38]
Богатые Земли покоились,
До тех пор, пока не были разбужены железными людьми на деревянной рыбе.
Их первый глашатай – Чума.
Их второй глашатай – Конь.
Их третий глашатай – Молния, вызванная из тверди.
Их последний вестник – поветрие жалящих Насекомых.
Они пришли, просветили и ограбили.
[39]
Падение племени Благодатных Земель -
Первый из величайших грехов этого народа.
Из него родился дождь такого мучения, в третий раз, что застонали мёртвые.
Их второй великий грех – похищение детей Земли Черепа.
Рабы, работавшие на земле, потеряли все дары:
Свободы, семьи и поклонения,
Чтобы у воров были мягкие одежды, и они знали покой сладких напитков.
[40]
Видя чудеса, и дива, и знаки,
Люди приходили к племени Разума.
Не отвергая ни Книгу, ни Столпы, ни Приговорённого Человека,
Многие по-прежнему сохранили начальную преданность в устах своих, но не в душах.
Одеяния их стали лучше, сшитые и сотканные не человеческими руками.
Их воля вращает двигатели только облаками пара.
Из-за человеческого выбора всё последовало.
[41]
Новая сила пришла на древние земли,
Сталкивая старую мудрость с новым металлом
И старых правителей с новыми владельцами.
Это было ради листьев и питья
И ради дорог к Средней Империи и народу Сна.
Гордыня древнего королевства принесла стон,
А дети его были вынуждены принять яд из жал вторгавшихся.
[42]
Все это пройдёт
Вместе с судьбой мира, в руках детей его.
Но время человеческого выбора, даже слепого,
Старое и немощное придёт.
Затем идёт время смут,
Когда те, кто не действуют, сами будут использованы,
И когда Демоны вновь ступят на вожделенную твердь.