Все оттенки Тьмы

Глава вторая: разоблачение эстетов.

Она едва пришла в сознание и когда она видит, как я, голый, возвышаюсь над ней, то ее сознание сковывается ужасом, поскольку во мне практически нет ничего человеческого.
- Брет Истон Эллис, «Американский психопат».

Со слов Годдарда

Приветствую. Мне говорили о том, что ты придешь. Меня попросили объяснить тебе несколько вещей. В основном, что значит быть тем, кем мы есть. Что означает быть Тореадор.

Взгляни на эту картину. Красиво? Нет, это не фотография. Присмотритесь ближе. Я нарисовал ее в стиле пуантилизма, используя лишь конский волосок в качестве кисти. Тут больше деталей, чем на обычной фотографии, больше, чем на обложке журнала и, безусловно, больше, чем на экране телевизора. Это заняло у меня два месяца. Можешь ее взять, если хочешь.

Во времена технологий – это шедевр. Всего лишь несколько людей имеют достаточно терпения для такой техники рисования. Я показывал эту и похожие работы людям-владельцам галерей. Большинство не брало ее, считая каким-то обманом или фокусом. Никто не был сильно заинтересован. Я могу продать их, но если мне понадобятся деньги, я смогу заработать больше, рисуя портреты потворствующих богачей. Естественно, это займет меньше времени и усилий.

С художественной точки зрения, это дерьмо. Я писал никому не нужный мусор до того, как появился Моне (Оскар Клод Моне (1840—1926) — французский живописец, один из основателей художественного течения импрессионизм, - прим. переводчика). Я попробовал, и овладел механикой кубизма, абстрактного экспрессионизма, сюрреализма, импрессионизма – назовите свою отраву. В каждом из случаев, вызов, бросаемый мне новой техникой занимал мое внимание годами, пока я не овладевал ими в совершенстве. Затем, словно упавшая чаша, их важность и смысл разбились об пол вечности.

Вот моя лучшая картина. Я написал ее, когда был таким же неонатом, как ты. Она немного небрежная, но у нее есть сердце, чувства, глубина. В ней я увековечил свое первое летальное питание, первый раз, когда я выпустил из-под контроля Зверя. Видишь наблюдателя, таящегося в тенях? Широко открытые глаза и губы, ужас? Это должен был быть я.

С тех пор было много смертей и много картин, чтобы запомнить их. Убийства становились более жестокими, в то время как моя «темная половина» становилась более настойчивой. Картины выполнялись с значительно большим изяществом и балансом. И все же, есть в этой попытке второкурсника что-то такое, чего не хватает в моих последующих работах.

Видишь ли, это самый большой страх в нашем существовании. Не то, что мы убиваем, или нам нравится убивать, или какая-нибудь подобная чепуха. Настоящий страх таится за очевидным страхом, за кровью и безумием. Настоящий ужас – это скука. На другой стороне страха – избитое признание.

Знаешь, после нескольких неизменных десятилетий, ты сама все увидишь. Не буквально, конечно. Ты увидишь вещи, которые, возможно, гораздо более отвратительные, или более прекрасные, или более бесчеловечные, или более святые. Но с другой стороны, Каинит проходит через столько потрясений и проблем, что реакция сильно меняется. Когда я впервые увидел убитого ребенка, это было ужасно – меня стошнило. Я попытался это остановить.
Прошло время, и Освенцим вызывал у меня лишь улыбку. Прошло время, и тысячи или миллионы детей были убиты, и это не было в миллионы раз страшней. Это просто был один и тот же страх, повторившийся миллионы раз. И повторение одних и тех же страданий миллионы раз начинало вызывать одни и те же чувства. Убийство стало банальностью.

Тебя не удивляло, почему так мало из великих художников, артистов и композиторов истории были сохранены Тореадор? Мы же, в конце концов, великие хранители человеческой экспрессии, разве не так? Я открой тебе тайну: за все столетия нашей деятельности, мы ничем не лучше смертных в понимании живущего гения. Время – вот единственное настоящее испытание великого. Во времена расцвета Пикассо мне дали право сделать потомка, и вместо него я выбрал другого – пустышку. Работы Пикассо казались мне карикатурными и глупыми. Возможно, я провел слишком много времени без того, чтобы видеть солнечный свет... Но главное то, что я видел столько странностей, школ, и манифестов, которые приходили и уходили. В эмоциональном каскаде постоянных изменений может утонуть даже что-то по-настоящему революционное. Сколько рок-н-рольных групп – всего лишь одноразовые вспышки? Даже неимоверно популярные группы, такие как «Beatles», могут быть заметены под ковер истории через сотню лет. Через каких-нибудь пятьдесят лет, кто будет помнить Джорджа Гершвина (1898—1937 — американский композитор, становление и расцвет творчества которого совпали с "веком джаза", эпохой 20-30-х гг. XX в. в США, - прим. переводчика)? Он растает, его забудут. Кто лучше всех играл на клавесине в XIX столетии? Никто не знает. Никому это не нужно.

Сотня лет – примерно столько ты можешь существовать до того как твои чувства, твое сознание будет пресыщено. Я не могу сказать ничего нового за последние несколько столетий. Без новых историй, чтобы рассказать, я отказываюсь по сотому разу пересказывать надоевшую одну и ту же. Мой стиль изменяется или улучшается, но суть потихоньку проедается сквозь неумолимую похожесть.

Были ночи, когда это доводило меня до слез. Были ночи, когда меня это повергало в тоску. Тем не менее, в большинстве ночей я не чувствовал ничего. И это самый главный мой недостаток – и всех Тореадор.

Быть вампиром

Ты кто, поэтесса? Да, я могу рассказать. Не стесняйся своей прозрачности. Когда ты впервые выйдешь из бешенства, и осознаешь, что бормочешь и натираешь непонятным, но полным крови органом свои стоящие соски – вот тогда можешь стесняться.

Я так же могу сказать, о чем ты сейчас думаешь. «Я, конечно, никогда не совершу такого гнусного и противного деяния. Я изысканная, культурная молодая леди».

Совершишь.

Твое «Становление», как мы смешно это называем, так же прививает либо пробуждает в тебе кое-кого под названием Зверь. Это точное название для нескольких побуждений, которые взывают к тебе изнутри, требуя крови. Чем голоднее ты становишься, тем громче зовет Зверь. Но это более, чем голод. Я верю в то, что Зверь – это твоя обманутая смерть. Даже сейчас, ты не дышишь, твое сердце замерло, а твои клетки застоялись только из-за грубого нарушения закона природы. Ты должна быть мертвой, но это не так, а Зверь – это злость природы на разрушенные, выжатые остатки твоего природного существования.

Некоторые Собратья пытаются усмирить своего Зверя, загоняя его в подчинение голодом и ведя аскетический образ жизни. Они берут ровно столько, сколько нужно, чтобы избежать голодного бешенства, а все остальное время пытаются удержаться за ценности своего человеческого существования. Но такой подход опасен, так как оставаться жаждущим крови – это исключительно разумное решение. Пока ты в здравом уме, действуешь этично, Зверь растет, пока разум не смывается к черту, подобно веточке в ливень. И тогда наступает время для натирания сосков, о котором я упоминал раньше.

Другие Собратья пытаются смирно ужиться со своим Зверем, потакая ему. Регулярное, плотное питание может заглушить его вой до бормотания, но в этой стратегии тоже есть своя неизбежная темная сторона. Ты перестаешь бояться акта питания, когда он постоянно повторяется, и когда процесс питья крови из человека тебя больше не пугает, а на самом деле начинает нравиться и приносить удовольствие – тогда сопротивление Зверю становится для тебя второстепенным. Ты поддаешься своей смертоносной природе не из-за слабости, а просто потому что это больше тебя не волнует. Правила хорошего тона больше ничего для тебя не значат.

Такое впечатление, что мы обречены, если едим, и обречены если голодаем. Так что же делать добропорядочному вампиру?

Это жестокая загадка, и довела многих из нашего рода до безжалостного уничтожения под лучами солнца. (Ты никогда не услышишь об этом, никогда не увидишь, но мне кажется, что из многих, многих Собратьев, что исчезли без следа, большинство прекратили свое существование по своей доброй воле).

Там, все-таки, там конец пути. Это нелегко, но он там.

Быть человеком

Зверь – это наш обманутая смерть, гонимая жаждой уничтожать все, что только можно.

Что тогда мы можем сказать об этом странном побуждении, которое пронизывает нас разнообразными стремлениями? Что же это такое, что показывает нам красоту, скрытую ранее?

Человечество называли смешанным существом – наполовину ангелом, на половину глиной. Это химерическое противоречие вдвойне истинно по отношению к Тореадор – так как мы наполовину трупы, наполовину живые, болезненные души.

Большинство вампиров отрицают свою живую часть; настолько, что для этого даже нет названия, кроме фрейдистского «эго», или «душа» для тех, кто пронес свою веру через чудовищную пародию на воскрешение. Похоже, мы единственные, которые научились обострять ее, и это то, что удерживает нашего Зверя. Каждое мгновение, которое мы проводим в окружении жизни – создавая что-то, что живет долго, изучая что-то неизвестное, открывая себя для новых веяний искусства – делает нашу человеческую часть сильнее. Эта часть может сдерживать Зверя.

Вы уже чувствовали восторг? Хорошо. Каждый раз, когда вы чувствуете восторг – это еще одна ночь, когда вы можете защитить вашу волю и действия от хватки Зверя.

Тем не менее, не допускайте самой распространенной ошибки неонатов. Не думайте, что враг вашего врага ваш друг, даже если этот враг –вы сами. В конце концов, очень часто мы – самые страшные враги себя.

Еще одно – Человечность не идеальна. Мифический Каин был человеком до того, как был проклят и человеком, когда нашел новый омерзительный путь к греху. Человечество изобрело пытки, геноцид и ласковые слова вроде «этнической чистки», чтобы скрыть свою извращенность. Нашему зверю необходимо разрушение, уничтожение, хаос. Но нашему человечеству необходимо возбуждение, рост и удовлетворение эгоистических потребностей. Это может быть и хорошо и плохо в зависимости от большого количества переменных. Но по большому счету, не важно, хорошо это или плохо – главное, что это неминуемо. Художникам говорят «повинуйся своей музе» или «иди за своим счастьем», только те люди, которые притворяются, будто бы наша муза и счастье неотвратимо ведут нас прямиком к благоухающим равнинам, но не в логово болезненного самоунижения. Но как много художников чисты? Кольридж (Самюэль Тэйлор Кольридж (1772 1834) — английский поэт-романтик, критик и философ, выдающийся представитель «озёрной школы», написал " Christabel (Кристабель)" первую поэму о вампирах в Англии, - прим. переводчика), опиумный наркоман? Кровосмеситель Мистер Шелли (Перси Биши Шелли 1792- 822, один из величайших английских поэтов XIX в, муж Мэри Уолстонкрафт Шелли, - прим. переводчика)? Лесбиянка Сафо (630/612 — 572/570 до н. э.) — древнегреческая поэтесса, представительница мелической (музыкально-песенной) лирики, - прим. переводчика)? Святой Давид, псалмопевец, бабник (Давид Псалмопевец, святой пророк, богоотец, второй царь Израильский; у Давида было шесть жен и 10 наложниц (См. II книгу Царств, гл.III.), - прим. переводчика)? Гинзберг (Ирвин А́ллен Ги́нзберг (1926 —1997) — американский поэт второй половины XX века, основатель битничества, - прим. переводчика), Уитмен (Уолт Уитмен (1819-1892) — американский поэт, публицист; вместе с поэзией Уитмена часто обсуждается его сексуальность. Биографы сходятся на мнении о том что он был либо бисексуалом, либо гомосексуалом, - прим. переводчика), де Сад (Донасье́н Альфо́нс Франсу́а де Са́д (1740—1814) — французский аристократ, писатель и философ; по его имени сексуальное удовлетворение, получаемое путём причинения другому человеку боли или унижений, получило название «садизм», - прим. переводчика), Бодлер (Шарль Пьер Бодле́р (1821 —1867) — поэт и критик, классик французской и мировой литературы. Бодлеру принадлежит одно из наиболее внятных описаний воздействия гашиша на человеческий организм, которое на долгие годы стало эталоном для всех, кто писал о психотропных продуктах из конопли, - . переводчика)? Извращенцы для людей. И это только в рамках твоего вида искусства. В живописи тоже хватает своих садистов и наркоманов, а анналы музыки изобилуют педерастами, извращенцами и фетишистами.

Быть человеком – значит быть противоречием, ангелом и зверем, связанными телом. Мы стремимся быть частью племени, так что соглашаемся с тем, что тот, кто отличается от нас – плохой, испорченный, больной, извращенный, гнусный, проклятый. В то же время, наше племя требует, чтобы мы были индивидуальностями. Эти желания являются основой искусства, которые позволяют нам смотреть с разных углов, и это позволяет нам увидеть что-то старое в новом свете, понять это по-другому, вернуть нас к чудесам наших первых ощущений.
Прислушайся к своим порывам, неонат. Твои остаточные человеческие желания могут сделать тебя сильнее против Зверя, и не важно, насколько угасшими они могут тебе казаться. Большинство людей сводят свою мораль к тому, что «приемлемо». Это роскошь, которую мы не можем себе позволить ни как художники, ни как чудовища.

Позволь мне привести тебе метафору.

Я знал смертную. Назовем ее «Полли», хотя неважно, как ее звали. Полли ничего так не любила, как быть трахнутой вампиром, который пьет ее кровь. Среди того теплокровного скота, которые почувствовали наслаждение Поцелуя, такое сочетание не так часто. Полли пошла еще дальше. Ей нравилось быть осушенной выше точки экстаза, выше точки безопасности, как раз до предела потери сознания. Подобно тем, кто практикует эротическое удушение, Полли поняла, что когда ее мозг получает мало крови, ее телесные ощущения обостряются и продлеваются. Она ловила галлюцинации, экстаз, нереальные ощущения, что заставляло ее снова возвращаться к такому опасному занятию.

Она говорила мне, что это словно быть одной молекулой в точке смешения, где Бог и дьявол занимаются любовью. Не напоминает никакого знакомого поэта, нет? Не можешь отличить впечатление ото лжи, по которой тебя можно было бы узнать?

Мораль истории в том, что мы словно Полли, ведем опасную игру и должны идеально держать баланс. Как и она, мы на точке пересечения поддержания и лишения жизни. Как и она, мы должны разыгрывать свои стремления друг против друга. И так же, как и она, большинство из нас теряют контроль рано или поздно, заканчивая смертью.

В лучшем случае эти мертвые души заканчивают движение. В худшем, они продолжают идти дальше, чтобы поделиться своим состоянием с другими.

Тореадор и Смертные

Со слов Миры Сегир

Тореадор в целом, остается самым близким к смертным кланом, за возможным исключением сиплых Бруха. То, кем мы есть и то, что мы делаем, по сути, связано со скотом – чем бы была цивилизация без него? Как мы можем прикоснуться к лучшему из человечества без того, чтобы быть близкими к нему, понимающими его? Мы ходим по узкой тропе между Собратьями и скотом, отстраняясь от общих частей обоих миров, ради самых лучших и худших из них.

Многие из нас предпочитают компанию смертных компании Собратьев. Некоторые Тореадор даже позволяют себе иметь смертное обличие или смертную семью. Так мало других Сородичей могут сказать, что они знают – каково это – приходить домой к любимым супругам и детям. Так немногие из других Собратьев могут сказать, что они знают, что значит чувствовать любовь.

К сожалению, удовольствия устанавливают свои жестокие правила. Некоторые Тореадор никогда так и не отходят после убийства любимого в бешенстве, или даже лишения из жизни «естественным путем». Наша близость с человечеством делает для нас зрелище смерти еще более ужасным.

Некоторые говорят, что мы, Тореадор, искусные манипуляторы, обожающие интриги и удары в спину. Понимание и улучшение отношений со смертными - это, в конце концов, то, что получается у нас лучше всего, и это часто приводит к использованию других в своих целях – некоторые говорят, что любое эмоциональное взаимодействие со смертным – по-своему манипулирование, но я не согласна.

Я однажды разговаривала с Тореадор, который утверждал, что может понимать смертных так хорошо, что может читать, что же на самом деле было сказано в письме, если он знал человека. Он показал мне записку от отца своей падчерицы, которую он перехватил. Там говорилось о том, как печалится мужчина, что его дочь не выказывает ему «любовь дочери к отцу». Он засмеялся. «А вот что он на самом деле говорит: «Почему ты выставляешь меня в плохом свете перед моими сестрами, когда они оплачивают мою ренту?». Я спросила, собирается ли он изменить письмо и отдать его обратно, или просто спрячет его от нее? Он сказал, что ни то ни то. «Она знает его даже лучше меня, и я хорошо ее научил. Она узнает именно то, что он имеет в виду. Она отказывалась обрывать с ним все связи до этого дня, не смотря на то, что он обращался с ней как с дерьмом. Это станет последней каплей». Затем он усмехнулся мне и потянулся за свежим конвертом.

Интрига – это сложная штука. Едва ли эта игра охватывает весь клан – у большинства из нас есть более важные дела, на которые стоит тратить свои нежизни. Но некоторые из нас, безусловно, считают, что она сама естественно вытекает из нежизни среди сплетен и слухов.

Тореадор и упыри

Тореадор обычно редко делают упырей из людей, о которых они действительно заботятся, но зачастую у нас больше упырей, чем у других Собратьев. И у нас множество причин для этого. Во-первых, мы предпочитаем окружать себя красотой, и большинство наших упырей – красивые люди. Во-вторых, тот образ жизни, который предпочитают вести большинство Тореадор, требует денег, а один из самых легких путей добыть деньги – связаться с людьми, которые знают, как их зарабатывать. Ну и, конечно же, нам необходимы люди, чтобы защищать нас и выполнять наши поручения. Кто-то должен выгуливать собак.

На дороге времени

Тореадор действуют в абсолютно другом временном масштабе, нежели остальные Собратья. Мир смертных двигается быстрее, и так же и мы. В то время, как наши старейшины и Собратья из других кланов могут потратить столетия на построение осторожных планов и стратегий, у Тореадор на это уходят десятилетия. Там, где другие кланы мыслят категориями лет, мы мыслим месяцами или неделями. В то время, когда биржевой портфель Вентру может быть основан на проверенных и перепроверенных компаниях, существующих десятилетиями, молодой Тореадор предпочтет вложить большие инвестиции в очень рискованный взаимный фонд (здесь непонятно, почему рискованный, ведь основное преимущество взаимного фонда для вкладчиков - уменьшение риска, поскольку инвестиции распределены среди большого количества различных предприятий, - прим. переводчика) или первично разместить акции на технологической бирже. Малкавиан может красоваться своими украшениями, не сменяя их с момента Становления, но публичные Тореадор носят то, что модно сейчас.

Именно поэтому другим кланам сложно застать Тореадор врасплох своими схемами, если только у них нет очень далекоидущих и тонких планов. У Тореадор гораздо боле быстрые умственные реакции, но нас сложнее затянуть на длящихся столетиями сети отношений, которые становится абсолютно непонятными для Тореадора с четкими представлениями о человечном.

Некоторые Собратья из-за этого считают нас ветреными, когда они это вообще понимают. Мы же, Тореадор, предпочитаем думать о себе как о гибких.

Когда человечность Тореадор падает, это ощущение времени начинает заново расширяться до уровня ощущения обычного Собрата. В конце концов, именно связь Тореадор со смертными – то единственное, что удерживает нас в таком мировосприятии.

Из-за своих различных желаний, Тореадор склонны думать, как общество смертных, даже старея. Они учатся, как использовать новую технологию как можно скорее, когда она становится популярной, вместо того, чтобы потом пытаться нагнать упущенные годы. Они так же избегают одежды, которая уже столетия как вышла из моды; скорее из можно увидеть одетыми по последнему писку моды – ну или по крайней мере в чем-то представительном.

Конечно же, это так же справедливо для молодых Собратьев любого клана, по крайней мере пока они не начинает становиться старомодными. Тем не менее, у Тореадор даже пресытившийся служитель может идти в ногу со временем и может лучше разбираться в том, что происходит в мире смертных, чем другие Собратья того же возраста.

Большинство считают глупостью привязывать узами художников, так как мы верим, что это иссушает его творческий потенциал, или, по крайней мере, делает его зависимым от нас. Это иногда может поставить нас перед сложным выбором: либо мы должны Обратить художника, если считаем его достойным, или же мы должны оставить его умирать от старости и лишить мир его дара. В таком случае может показаться, что надо просто Обращать каждого художника, который попадается нам на глаза, но не каждый подходит для нежизни Тореадор. Это требует определенного вида на будущее, которого многим не хватает. Не один творец сломался после Становления – может быть сложно обнаружить, что ты, который быль столь чувственным при жизни, теперь хищник, который должен пить кровь, чтобы выжить. Мы так же предпочитаем не Обращать каждого проходящего мало-мальски талантливого художника, так как это унижает ценность клана в целом. Так же, художник, сохраненный навечно, откровенно говоря, никогда не видит смысла в развитии своего искусства – он становится конъюнктурным ремесленником, нежели настоящим художником.

Считается жестоким привязывать узами свою семью или друзей, так как это отбирает у них огромную часть свободной воли. Что за удовольствие получать от своей дочки нарисованную пальцем картинку со словами «Я люблю тебя, мамочка», когда ты знаешь, что она вынуждена тебя любить? Кроме того, делание упыря из ребенка, навсегда сохраняет его молодость, что по-своему жестоко.

Некоторые Тореадор действительно привязывают узами свои семьи и друзей, но мы рассматриваем такую практику с большим недоверием. Это очень печально.

Поддержание смертного обличия

Некоторые из нас выбирают придерживаться смертной личины. Многие Тореадор представляют себя как потомков своей локальной общины – извините меня, общества – а затем делают все, чтобы приспособиться. Очевидно, что это может быть сложно, поскольку мы не можем выходить днем. Тут есть несколько вариантов. Многие полагаются на исконную «человеческую эксцентричность», чтобы объяснить свое поведение. Те, кто побогаче, добавляют к ней стереотип причуды богачей (стереотипы могут быть столь полезны, если их правильно применять).

Тем не менее, это нелегко. Мы начинаем раздражать людей, когда продолжаем отклонять их приглашения на обед. Конечно же – и тут есть выходы из положения – так много смертных в наши дни имеют странные и разнообразные пищевые аллергии, что легко сказать, что мы не хотим быть обузой. Так же мы, Тореадор, гораздо больше большинства других кланов знаем, как прекращать свое существование в роли смертного. Многие из нас знают, как использовать свою кровь, чтобы выглядеть живо и тепло. Некоторые из нас даже знают, как кушать, хотя мы и редко показываем эту способность перед остальными Собратьями – как вульгарна даже сама мысль! Другие кланы пытаются показать эти наши наклонности как признаки того, как низко мы скатились.

Если же мы поддерживаем определенную внешность слишком долго, естественно, кто-то может случайно заметить, что мы не стареем. Мы можем справиться с этим ненадолго, простыми манерами, или используя парики, перекраску волос или сценический грим – я так раньше делала – но устаешь этим заниматься из ночи в ночь. И всего лишь съехавший парик или однажды случайно размытый макияж - и чей-то обман раскрыт.

Честно говоря, поддержание смертного обличия – утомительное дело. Самое плохое – что в наше время телевидения, международных новостей и самолетов, мы не можем просто уехать за сотню миль, и быть уверенными, что никто никогда нас не узнает. Некоторые выбирают проживать тихие, ни чем не примечательные смертные жизни, и использовать псевдонимы, когда хотят выйти в люди. Все это кажется мне не особо действенным, так как зачем нужна нежизнь, если не наслаждаться ею? Зачем самим делать себе хуже?

Содержание смертной семьи и влюбленность

Содержать смертную семью – еще более сложно. Мы не только должны встречаться со всеми трудностями, связанными с поддержанием смертного обличия, но мы еще должны и заботиться об отношениях самих по себе. Отношений со смертными стараются избегать, так как они слишком часто заканчиваются плачевно. Если в семье есть дети, тогда встают очень сложные вопросы – скажешь ли ты им, кто ты есть, и тем самым рискнешь, что они расскажут об этом своим друзьям или учителям? Оставишь ли ты их в неведении и будешь уклоняться от ответов на вопросы, почему ты просыпаешься только ночью, или почему в твоей комнате нет окон, или почему ты такой холодный, когда целуешь их на ночь?

Содержание смертной семьи – это самое страшное и самое удивительное из всего. Оно может заставить себя почувствовать тебя снова живым, или оно может указать нам, как далеко мы свернули с пути. Но так же появляются и другие опасности – как возможность бешенства. Не один Тореадор выходил из бешенства, чтобы найти свою приемную дочь или сына, или даже своего супруга, разорванными в клочья у своих ног.

Некоторые Тореадор находят любовников, которые не являются смертными. Были известны случаи, когда Тореадор влюблялись друг в друга, в других существ, крадущихся в ночи (как неловко!), или даже в Сородичей других кланов. Это может укрепить волю, даже когда все остальное кажется серым. Это так же наша величайшая слабость. Из-за любви мы сходим с ума от горя, когда наши семьи становятся целями наших врагов. Из-за любви мы можем познать горе, неведомое другим Сородичам. И после всего того, что было сказано и сделано, мы уже мертвы – любовь между Сородичами может закончиться только трагедией.

Поцелуй

Тореадор придерживаются двух мнений по поводу питания. Многие считают, что питание из или на глазах у своих смертных друзей, делает их менее ценными, и конечно, многие волнуются, какое это производит впечатление. Согласись – ведь большая разница между тем, чтобы иметь жену, которая знает, в общих чертах, что ты Сородич, и тем, как она увидит твои клыки в чьей-то шее. Это создает атмосферу неясности в доме, вместе с адом побоев и разрушило отношение многих Тореадор.

Те Тореадор, которые отказываются питаться из своих любимых, утверждают, что таким образом мы относимся к ним как скоту. Какой смысл пытаться оставаться близко к человечеству, взаимодействуя с ним, если ты рассматриваешь своих близких как добычу?

Другие утверждают, что удовольствие от Поцелуя – это всего лишь еще один способ выражения любви к любимому супругу. Тем не менее, другие говорят, что испытывают чувство неудовлетворенности в невозможности воспользоваться готовым источником крови в моменты, когда не хватает безопасных ресурсов крови. Большинство Тореадор, конечно же, считают это рационализмом. Некоторые говорят, что питание из своей семьи – это первый знак того, что Тореадор отдаляется от человечности. Те, кто позволяет себе такое поведение, делают это за закрытыми дверями.

Маскарад

Маскарад очень хитрая штука для Тореадор. Многие члены Камарильи видят в нас хранителей Маскарада, и не безосновательно. Мы так много времени проводим со смертными, что очень быстро замечаем трещинки Маскарада, и мы можем легко и незаметно передвигаться среди скота. Через нас проблемы достигают внимания остальных членов Камарильи, когда мы считаем это необходимым. Затем мы прибегаем к нашим связям среди смертных, чтобы позаботиться о ситуации. После заделывания таких брешей мы становимся героями для одних, обличителями для других. Но что самое главное – это то, что мы выглядим морально безупречными.

Видишь ли, Маскарад – это тонкая-тонкая нить, и мы идем как раз посередине. Чтобы поддерживать Маскарад и оставаться близко к человечеству, мы должны быть среди скота. Много Тореадоров раскрывали свои секреты смертным, наверное, больше других кланов Камарильи – и мы до сих пор не знали упрека. То, что мы так хорошо ладим с человечеством - достоверный факт, и это позволяет нам находить и латать прорехи других кланов. Любой, создающий угрозу Маскараду, скорее всего, будет одарен презрением – в нашем обществе нет места тем, из-за лени, глупости или жадности кого мы можем быть уничтожены.

Не взирая ни на что – это тонкая линия. Мы просто научились быстрее всех заделывать трещины в фасаде Маскарада. Так же мы можем иметь лучший нюх на тех смертных, которые не выдадут наши секреты. И поскольку мы остаемся близки со своей человечностью, большинство наших нарушений Маскарада не являются такими разрушительными, как у других кланов.

Не смотря на то, что мы в основном неспособны к общеклановому или даже общегородскому сплочению – Тореадор слишком эгоистичны, чтобы играть в команде – мы делаем все, что от нас зависит, чтобы поддержать Маскарад. Я имею в виду наш Маскарад, а не Маскарад Камарильи. Если мы нарушаем Маскарад Камарильи, мы упадем в грязь лицо перед нашими товарищами по клану, но эти товарищи никогда не повторят этих историй остальным каинитам. Ну, почти никогда. Было известно несколько Тореадоров, которые постарались, чтобы эти секреты попали в руки Камарильи, чтобы устранить конкурентов. К счастью, такое случается не очень часто. Все же, клан говорит через многих экспертов по связям с общественностью, светских львов, медийщиков, и более традиционных художников, которые могут изменить общественное мнение с «Вампиры!» на «Какой чудак! Он реально думает, что это был вампир?».

Податливость обстоятельствам

Уверена, что мне нет нужды говорить тебе, что не все Тореадор такие сладкие и милые. Доселе я рассказывала лишь о лучших из нас – подмигивая и улыбаясь – но уверена, что ты заметила мелкие детали тут и там. Мы потакаем своей человечности, своим человеческим эмоциям. Но человеческие эмоции также часто ужасны, сколь и прекрасны. Люди любят, но они так же и ненавидят. Они совершают великие героические деяния, и ужасающие акты насилия. Они добиваются великих высот, но также прожигают свои жизни в погоне за плотскими утехами.

Мне кажется, что мы не такие уж и законодатели моды, как любим о себе думать. Куда идут смертные, туда идем и мы.

Истощение и гедонизм

Сложно поддерживать отношения со скотом. Состояние вампира мало подходит для этого. Мышление по их временной шкале и чувствование (или имитация) их эмоций требуют слишком больших усилий. Большинство из нас переживают периоды истощения. Больше, чем у остальных Собратьев, у Тореадор бывают периоды, когда мы с головой погружаемся в удовольствия, которые могут предложить смертные – еда, вечеринки, наркотики, плоть, и наша собственная еда, питье и наркотик в одном флаконе – витэ. Это может быть сложным, когда погружаешься в такие удовольствия, помнить, что быть близко к человечеству – значит быть близко к его боли так же, как и к его удовольствиям.

Когда Тореадор истощаются, у большинства из них рождается ощущение, что они отдаляются от общества смертных. Когда тебе уже сложно думать категориями «дней», становится сложно воспринимать детали смертного существования. Многие уставшие Собратья вместо этого втягиваются в махинации и мелкий Джихад себе подобных. В некоторой степени это хорошо, что это Тореадор, которые чаще всего представляют наш Клан среди остальных Сородичей. Благодаря им другие не замечают, насколько мы близки к смертным. В любом случае, если эти Тореадор думают себе, что представляют «наилучшие интересы Клана», эти интересы редко когда совпадают с чьими-либо еще. Скорее всего, именно эти Тореадор часто Становят людей исключительно из-за их полезности в достижении Тореадором своей текущей цели. Это довольно распространено среди старейшин, таких как примогены, у которых нет ничего общего с остальным Кланом, и которые изолируют себя со своим собственным кровосмесительным потомством или вырождающимися Собратьями, что выросли изнеможенными и холодными.

Тореадор склонны поддаваться скуке. Мне кажется, это неизбежно. В конце концов, мы бессмертные создания, которые действуют по законам времени мира, который отвергает нас. Мы гораздо острее остальных Собратьев чувствуем, как проходят десятилетия и столетия. Вспомни каждый миг, когда тебе было скучно в бытность человеком. А теперь представь, какого это – когда ты не знаешь чем себя занять не только после обеда, а целый год.

Апатичные Тореадор делают практически все возможное, чтобы чем-нибудь занять себя – чем больше веселья, тем лучше. Эти Тореадор устраивают дикие вечеринки, переполненные наркотиками, сексом и скотом. Эти Тореадор чаще всего делают упырей из своих друзей, питаются из своих семей и Становят людей только из-за их красивой внешности или мастерства в постели.

Известно, что особо скучающие Тореадор создают кровавые культы. Они собирают стадо, позиционируя себя как проповедников, богов, ангелов, духов или какую-либо еще сущность с религиозным значением и кормят своих последователей своей кровью; иногда они даже Становят нескольких. Они часто развращают свое стадо, физически или эмоционально. Они питаются от них, трахаются с ними, накачивают их наркотиками так, чтобы Тореадор могли заторчать, а иногда даже мучают их. Это нравится Тореадор с достаточно большим эго, но с другой стороны, Тореадор никогда не испытывали недостатка в эго. Культы стали насущной проблемой в конце восьмидесятых; несколько Тореадор были тихонько убраны с всеобщего обозрения до того, как частные детективы, полиция и беспокоящиеся родители не узнали слишком многого ради своего же блага. Я понимаю, что в этом нет ничего необычного – несомненно, что кровавые культы существуют столько же, сколько Собратья ходят по земле – но новая волна беспокоит многих из народа Каина.

В конце концов, на то, чтобы Тореадор почувствовал груз своих лет, должны пройти десятилетия. Существование же молодых Тореадор настолько погружено в удовольствия, что они просто отказываются взглянуть в лицо боли. Очень сложно сказать, что их отличает от более старых Тореадор, более пресытившихся гедонистов. Я так же знала Тореадор, которые считали нежизнь настолько печальной, что отдалялись от человечества как можно дальше. На самом деле разница между этими неонатами и более старшими Тореадор, которые сильно отдалились, не так уж и велика.

Грехи человечества

Из-за того, что мы проводим так много времени со смертными, мы иногда поддаемся их соблазнам. Иногда мы принимаем наркотики. Мы спим с кем попало – не для того чтобы получить удовольствие, а просто потому, что иногда сложно «отказаться от предложения». Нас охватывает ревность, ярость и жалось к себе.

Многие Тореадор втягиваются на черный рынок – обычно чтобы получить художественное или противозаконное возбуждение, но я уверена, что как только ты втянулся – очень сложно остановится. Для некоторых это игра для убийства времени, для кого-то просто способ заработать денег. Кто откажется от возможности наложить руки на произведение, которое, в конце концов, пропадет в руках частного коллекционера, и никогда больше не будет увидено? Некоторые Тореадор действуют по другую сторону сделки, выступая как воры, посредники, сводники и поставщики. Все это вместе привлекает Тореадор.

Некоторые Тореадор впадают в распутство. Плотские удовольствия еще немного привлекают нас, не смотря на то, что мы не можем ими насладиться по-настоящему. Некоторые занимаются сексом, чтобы почувствовать себя ближе к людям. Некоторые занимаются сексом, потому что он (на ряду с еще несколькими вещами) помогает почувствовать себя живым, по крайней мере, ненадолго. Некоторые даже верят, что они на самом деле получают от него такое же удовольствие, как и смертные. Я уверена, что эти несчастные ублюдки обманывают себя, так как они просто не хотят смириться с тем фактом, что они больше не смертные.

Время от времени какой-нибудь мерзкий Тореадор вовлекается в проституцию, порнографию, рабовладение – даже садистские фильмы, и прочие извращения. Некоторые делают это потому что им нравятся эти плотские удовольствия. Другие потому что им нравится обладать властью над другими людьми. Также некоторые любят обольщать смертных вокруг себя, подстегивая их на совершение все больших грехов.

Некоторые смеют называть это искусством.

Хотя секс – один из самых популярных грехов, у человечества есть и другие. Некоторые Тореадор увлекаются азартными играми. Другие жаждут политической власти. Некоторые проводят дорогие бойцовские выступления – я когда-то знала женщину, которая кайфовала от отражений смешанного отвращения и экстаза на лицах ее гостей и таких мероприятий. Некоторые Тореадор убивают из-за злости или зависти так же как и смертные. Не смотря на то, что это не похоже на нас, но существуют Тореадор-серийные убийцы. Некоторые говорят, что это чувство «как если бы ты был живым». Другая говорила, что ты никогда не сможешь по-настоящему понять смертных, если только ты не убьешь так же, как убивают они, а не как вампир по нечеловеческим причинам.

Несомненно, у Клана есть свои отвратительные черты.

Конкуренты

Многие Тореадор соперничают с другими Проклятыми. Для некоторых это способ проведения времени, средство от тоски: игра. Для других это способ повысить престиж, прикидываясь, что они реально лучше своих конкурентов. Другие Тореадор вовлекаются в эти соревнования из-за пренебрежения, реального или надуманного, с которым к ним относятся. Существует столько же причин вовлечения в соперничество, сколько существует причин для спора между двумя Каинитами. Пускай это прозвучит дерзко, но это – Джихад в миниатюре.

Конечно же, это все звучит очень затасканно. И иногда это так и есть. Но иногда соперничество заходит слишком далеко. Тореадор подставляют своих соперников, нападают на них, подрывают их репутацию и иногда даже утраивают им Окончательную Смерть. Несомненно, зайти так далеко в соперничестве – вершина жестокости, но это все, что остается от некоторых Тореадор.

Клан в своей безграничной мудрости и терпении разработал множество способов борьбы с конкурентами: саботировать их выставки. Используйте свои связи, чтобы убедиться, что кто-то, обладающий большим влиянием, публично пристыдил его или его протеже. Распусти слух, который унизит его или поставит в опасную (возможно даже смертельную) ситуацию. Заставь местную Камарилью поверить, что он сделал что-то, что угрожает ей – как, например, нарушил Маскарад или копает под князя. Спровоцируйте атаку Люпинов или Шабаша на его убежище (или пусти пожар в его отсутствие, что уничтожит ценное имущество). Осуши его любимого упыря или сделай так, чтобы его смертного супруга убили разбойники, или, что еще хуже, Становили Малкавиан Шабаша. Тактики столь же разнообразны, сколь и сам Джихад.

Месть как вид искусства

Некоторые Тореадор возводят месть в ранг искусства (моралисты пытаются называть это справедливостью). Они не просто разрабатывают самый эффективный или самый тщательно продуманный или самый подходящий способ отомстить. Они делают из объектов своей «привязанности» свои собственные проекты, над которыми они работают так же долго, как и над созданием любого другого произведения. Это особенно часто случается с пресыщенными Тореадор, кто потерял способность видеть красоту в жизни, и теперь видят больший смысл проводить время, затаившись в тени.

В некотором роде эти Тореадор полезны для нас. Они не дают нам отступить слишком далеко от линии. В конце концов, последнее, чего ты можешь захотеть – стать объектом пристального внимания злобного Тореадор с огромным количеством времени за плечами. Именно поэтому (для всех остальных) мы ходим на цыпочках перед нашими старейшинами.

Несколько Тореадор в свое время были известны как «художники мести», и проводили свое время за планированием и воплощением самых прекрасных «свершений правосудия». Их целями могли быть Собратья и скот, которые насолили им, кто перешел дорогу кому-то другому и привлек их внимание, или просто кто-то, кто застал их в плохом настроении. В их планы обычно входили не только сами объекты их извращенных стремлений, но так же и их друзья, союзники, семьи и любовники. Они растягивали месть надолго. Когда они обращали свое внимание на Собратьев, то месть могла длиться годами, десятилетиями и даже веками.

Нежелаемая сохранность

Как я уже говорила, Тореадор считают своим крестом сохранение искусства. Тем не менее, иногда искусство не хочет, чтобы его сохраняли. Не все художники хотят жить вечно. Не все мастера хотят отдавать свои шедевры, чтобы другие могли ими наслаждаться. Некоторые считают это недальновидным. И все же многие Тореадор верят, что сохранность их видения искусства важнее желаний кого-то другого. В конце концов, смертные ведь не могут видеть всей картины, верно? Они не знают, насколько важна их работа.

Пытаясь сохранить произведения искусства, которые кто-то не хочет сохранять, они стоят на краю беды. Обычная кража картины, в конце концов, не влечет за собой ужасных последствий. Но не смотря на то, что думают другие Собратья, картины – всего лишь малая часть того, что мы считаем искусством. Фотоснимки могут быть так же украдены, как и картины. Сложнее с едой – нельзя просто покрыть торт лаком, чтобы поставить его в галерею лет на сто (к тому же лак не очень хорош на вкус).

Это так же трудно, как украсть целый танцевальный коллектив и заставить его выступать для себя год за годом, хотя некоторые Тореадор так делали. Ты можешь использовать видео или цифровую камеру, чтобы запечатлеть танец (хотя не вкус кулинарного шедевра), но многие Тореадор до сих пор отказываются от таких вещей, и почти все согласны с тем, что репродукция никогда не бывает столь же хороша, сколь оригинал. Легче дело обстоит с архитектурой. Сложно защитить от молний и разрушительного действия воды, но ты можешь использовать исторические общества, чтобы сохранять старые здания от разрушения. Это может быть сложно, если хозяин хочет отдать его под снос, но не невозможно.

Что гораздо сложнее – так это сохранить художника, который не хочет быть сохраненным. Обращать кого-то против его воли – ненадежный шаг. Конечно, так уже делали раньше, но это несет с собой целый ряд опасностей. Нет никакой гарантии, что Тореадор, который не хочет быть Тореадором, станет особняком. Мы не можем вечно держать наших неонатов в неведении о своих интригах, и он может решить слить информацию о наших нарушениях Маскарада какому-нибудь Князю. Ему даже могут поверить, если тот Князь ищет способы ослабить наши позиции. Если нам повезет, этот неонат просто встретится с солнцем и мы лишимся творца, который бы еще мог десятилетиями выпускать из-под своей руки шедевры, если бы мы его не трогали. Если же нам не повезет, он может обратиться к сильным мира смертных и доказать, кем он является. Из всех Кланов у нас больше всего инструментов, чтобы прибирать после таких ситуаций, но если такой неонат попадет в руки Инквизиции – и я не уверена, что такого не было раньше – у нас будут проблемы. Все это вместе делает заслуженное право на Становление в лучшем случае рискованным. Нежизнь не обещает ничего.

Несмотря на опасность, многие Тореадор так поступают. В конце концов, это наша обязанность – культивировать лучшее в человечестве. Большинство Тореадор достаточно осторожны, так что это не становится проблемой. Некоторые же не достаточно.

В последнее время некоторые молодые Тореадор (особенно молодая группа под названием Электронные Художники) верят, что искусство должно быть мимолетным. Ничего из настоящего искусства не может выдержать груз веков. Они занимаются самыми быстротечными формами искусства – кулинарией, актерским мастерством, танцами и другими, еще более краткосрочными направлениями. Один современный неонат использовал быстротечные химические реакции, чтобы создавать самое ошеломляющее световое представление, длящееся всего две минуты четырнадцать секунд – почти вся комната зрителей сидела в трансе на протяжении полутора часов после представления, а некоторые и дольше. другой делал короткие представления, состоящие из погружения роз в жидкий азот. Так он получал невообразимо прекрасные, идеальные, неотразимые покрытые льдом розы, которые он сразу разбивал об стену. Большинство этих неонатов стоят в стороне от традиционного искусства. Многих из них затянул электронный мир, особенно Всемирная Паутина, где можно выразить все что угодно, и меняться от ночи к ночи.

Относительность и искусство

Из-за всех этих вещей типа «нашей миссии» мы выглядим такими сплоченными, да? К несчастью, искусство – самое что ни на есть субъективная вещь на земле. То, что мне кажется искусством, ты выкинешь в помойную яму. Это является источником большинства споров и бед.

Представь, что ты только что дал Становление самому прекрасному кулинару в мире. Ее воздушная выпечка тает на твоих губах. Сахарная глазурь на ее пирожных – вылитые лилии. Она может сделать торт из баттерскотча (баттерскотч - ирис из сливочного масла и жжёного сахара, - прим. переводчика), от одного только запаха которого ты будешь в восторге часами, и дарджилингскую (Дарджилинг — город в Индии, на крайнем севере штата Западная Бенгалия, в восточных Гималаях на высоте около 2'185 м, где выращивается одноименный сорт чая, - прим. переводчика) граниту (granita (итал.) - шербет со льдом, - прим. переводчика) удостоившуюся наград на трех континентах. Ты непомерно гордишься своим новым Дитем, и берешь ее с собой на позднюю вечеринку, только для того, чтобы тебе сказали, что она не приглашена. Тебе говорят: «Она не настоящий художник». «Возвращайся, когда найдешь себе скульптора или архитектора».

Тореадор уничтожают учеников друг друга из-за спора о том, являются ли они художниками. Мы разрушаем то, что самим творцам кажется их лучшими работами в приступе раздражения, потому что работа не понравилась нам здесь и сейчас. Мы закрываем музеи, потому что в них выставляются работы, которые нам не по вкусу. По этой же причине мы закрываем галереи. Тореадор совершают свои самые ужасные преступления во имя сохранения того, что они считают искусством.

В конце концов, все относительно.

Иерархия Клана

У Тореадор нет никакой устойчивой иерархии. Одной из причин этого является то, что престиж внутри Клана можно быстро поднять и так же быстро потерять – сложно сохранять четко определенную иерархию, когда статусы постоянно меняются. Этой ночью ты артист, следующей ночью – позер. И многие Тореадор думаю о чем-то большем, чем просто политика Камарильи – они лучше побудут в стороне в обществе смертных. По крайней мере, я знаю точно, что лучше буду петь, нежели считать, кто кому должен услугу (boon), и кто обесчестил себя, не оказав ее. В-третьих, Тореадор действуют во временном масштабе смертных, поэтому очень сложно уследить за международной скрытной организацией, когда твои соклановцы мельтешат вокруг, словно надоедливые мухи. Так же сложно поддерживать какую-либо организацию, когда они путешествуют по всему миру, и иногда пропадают, то ли спрятавшись, то ли впав в оцепенение (torpor), или встретив Окончательную Смерть.

У нас есть множество организаций – если можно назвать постоянно изменяющиеся клики и общественные сети организациями – просто от них не так уж много толку. В конце концов, очень немногие Тореадор хотят думать о делах на вечеринках или художественных выставках.

Гильдии, Карнавал и клановые события

Тореадор устраивают частые неофициальные собрания, носящие название «клановые события». Никого не заставляют, но почти все приходят – как ты заставишь кого-то завидовать, если не продефилируешь с важным видом? События – это зачастую вечеринки, «ужины» (питание включено), или художественные выставки, хотя некоторые Тореадор устраивают и более современные мероприятия. Слишком много сил тратиться на мелкие споры, когда мы начинаем обсуждать дела, поэтому важные клановые вопросы тут почти не решаются. Тем не менее, многие Тореадор пользуются событиями для того, чтобы наладить и укрепить свои личные связи.

Локальные группировки Тореадор называются гильдиями – основанные на принятии Тореадор особого кодекса этикета – и традиционно раз в месяц в ночь полной луны они проводят официальные встречи, которые называются балами. На практике же, балы проходят во время почти полной луны; устраивающие их Тореадор любят играть серьезные игры с месячными датами, каждый пытаясь доказать, свою важность, откладывая бал, чтобы презентовать свою собственную программу или чтобы поддержать свою интерпретацию особых законов гильдии. Не состоящие в гильдии могут посетить бал только по личному приглашению. Так же гильдии могут произвольно возникать и исчезать – в одном городе считалось модным быть членом гильдии на протяжении года, а в следующем году гильдии уже недопустимо устарели.

Выдающиеся Тореадор и старейшины Клана любят проводить Большой Бал на Хэллоуин – под одному на каждый континент – он устраивается совместно несколькими гильдиями (или родами, или котериями, или что там в моде в этом году). Место изменяется каждый год и многие Тореадор дерутся между собой за право взяться за его постановку. В последнее время некоторые из самых молодых членов Клана бойкотируют Большой Бал в попытке приурочить его к чему-то другому, нежели к Хэллоуину. Они утверждают, что устраивать Большой Бал на Хэллоуин глупо и выставляет Клан перед остальными как претенциозную и стереотипную толпу. Лично мне кажется, что это правильно. Помни – всегда позволяй себя недооценивать. Да и, если честно, никогда не сложно найти черты прекрасного в менее приятных сторонах мира, хотя я и должен признаться, что сейчас выгляжу романтично и манерно.

Сложно объяснить постороннему, что собой представляет гильдия. Технически, гильдии – региональные группировки, обычно в рамках города или страны. Другими словами, любой Тореадор Чикаго теоретически состоит в чикагской гильдии. Тем не менее, некоторые Тореадор пытаются сделать из гильдий, ну, Гильдии. Так что ты можешь найти гильдию, которая называет себя «Гильдия Живописцев Чикаго», или «Общество Анабеллы Триабель» (Анебелла Триабель – Тореадор 7 Поколения, обращенная в 1722 году Марией, дочерью Елены, дочери Миноса, сына Иштар, - прим. переводчика), или что-то в этом роде. Это неизбежно ведет к еще большему разделению – а как же дизайнеры компьютерной графики, повара, музыканты и те, кто против Анабеллы Триабель? Так либо гильдия рождает в остальных чувство отчужденности, что заставляет их уходить, в результате чего она становится по-настоящему эксклюзивным обществом, либо Тореадор города разделяются (и тогда те, кто чувствует себя «за бортом» могут попытаться создать вторую гильдию). Либо она станет «Гильдией Скульпторов и Живописцев», если преобладают эти два типа художников, или она будет называться «Гильдией Живописцев», тем не менее, включая в себя Тореадор всех мастей.

Тореадор достаточно индивидуалистичные, так что мы не ждем многого от наших гильдий. В конце концов, если мы надеемся, что наша гильдия в любой момент бросится нас защищать, мы тоже должны быть готовы в любой момент броситься и становиться на защиту любого Тореадор в городе и – честно говоря – ну его к черту. Откровенно говоря, мы можем лучше провести свое время. Большинство гильдий – общественные клубы. Та или иная гильдия может быть вовлечена в политические игры Собратьев, но это отразится на интересах состоящих в них Тореадор, но не на самой гильдии.

Раз в двадцать три года Тореадор собираются на Карнавал, глобальный недельный фестиваль. Художники Тореадор хранят свои лучшие шедевры, чтобы презентовать их на Карнавале. В конце празднования, смертным, которых мы признали лучшими из своего поколения, дается Становление. Или ожидается, что так это должно произойти. Честно говоря, два Тореадора никогда не сойдутся в том, что является «лучшим», так что им приходится выбирать компромиссного кандидата. Недавно от неонатов поступило предложение ввести категории. Они хотят, чтобы одного смертного Становили за его умение в изобразительном искусстве, другого в литературном и так далее. В целях хотя бы небольшого сокращения пререканий, предложение было принято.

Ходит слух, что на Карнавал являются все Тореадор. По крайней мере, так говорится всем неонатам, когда они впервые слышат о захватывающем костюмированном фестивале. Неужели ты думаешь, что мы покажем весь наш Клан в одном городе за одну неделю, словно утки клином пролетая мимо охотничьего прицела? Теоретически, каждая гильдия отправляет туда по одному представителю. На самом же деле каждая гильдия выбирает по одному представителю, а затем те, кто думает, что на него не обратят внимания, являются туда сами по себе. В конце концов, мы же не проверяем билеты на входе. Множество Старейшин отказываются появляться из-за паранойи – то есть опасности.

Карнавал обычно приурочен к какому-нибудь мероприятию смертных, проходящему в городе, где Тореадор хотят провести свое празднество. Это добавляет мероприятию веселья - создается впечатление, что город и в правду никогда не спит, и всюду царит атмосфера празднования. На самом деле Карнавал не более чем совокупность небольших вечеринок и представлений, проходящих за задником фестивалей принимающего города. Думай о Марди Гра (фр. mardi gras, буквально — «жирный вторник», вторник на Масляной неделе, последний день перед Пепельной средой и началом католического Великого поста. Мировой аналог славянского праздника Масленицы, - прим. переводчика) или китайском Новом годе как об особом суаре только для VIP-Собратьев, который начинается после заката.

Секты, Клики и Социальные сети

Тореадор едва ли ограничивают себя в общении по географическому признаку. Если бы мы это сделали, мы бы потеряли все полезные связи, что обрели в путешествиях. Тореадоры налаживают контакты во всевозможных местах. Большинство – Собратья или смертные, с которыми мы переписываемся раз или два в год, ровно столько, чтобы не теряться, и притворно хвалить работы друг друга, искусно избегая острых углов.

Ладно, не у всех такие знакомые по переписке.

Тореадор ищут союзников, куда бы они ни шли, к чему бы они не стремились в том месяце. Так что ты можешь знать двух человек, с которыми ты встретился в Европе, с которыми вы планировали популяризировать какую-то философскую школу. В то же время, ты работаешь с Тореадор на Среднем Западе США, который хочет, чтобы ты посетил его салон, когда будешь в городе. Вдобавок ты финансируешь небольшую группу, которая ведет партизанскую войну против Шабаша в Новой Англии. Многие Тореадор имеют свои завязка в небольших группах тут и там.

У многих Кланов есть свои секретные (или не такие уж и секретные) небольшие фракции, занимающимися различными удаленными делами. Ты думаешь, что их нет у Тореадор? Что мы слишком увлечены своими вечеринками, чтобы заниматься такими вещами? Что мы не захотим рисковать сломать ноготь или замарать руки? Ты ошибаешься.

У нас есть свои тайные общества, так же, как и остальных Кланов. У нас есть свои клики. Деятельность некоторых из них довольно сильно отличаются от деятельности клик других Кланов, так что их не так легко заметить. Например, в отличие от других Кланов, мы, скорее всего, наймем или сделаем упырей из смертных, и используем их для достижения своих целей вместо того, чтобы самим заниматься грязной работой. Поэтому остальные Кланы видят, что мы просто сидим на вечеринках, и не осознают, что мы работаем по стольким же направлениям, как и они. Мы так же финансируем цели других Кланов. Мы позволяем какому-нибудь щенку Вентру думать, что он втянул нас в финансирование его политической карьеры, в то время, как отлично знаем, что его сир транжирит его деньги, используя их для поддержания кандидата, которого мы выбираем. Вентру делают всю работу, а мы получаем свою выгоду – не упоминая о двух Вентру, которые не были бы у нас в долгу, если бы мы просто финансировали своего кандидата. Как ты думаешь, как бы тогда кто-нибудь сродни Джорджу У. Бушу (на момент написания Книги Клана, изданной в 2000 году, Буш был губернатором Техаса, и уже через несколько месяцев, 20 января 2001 года он станет сорок третьим Президентом США, пробудет им до 20 января 2009 года, - прим. переводчика) или Элу Гору (Альберт Арнольд «Эл» Гор-младший — вице-президент США с 1993 по 2001 год в администрации Билла Клинтона, - прим. переводчика) могли прийти к власти? Благодаря своим способностям? Я тебя умоляю.

Но запомни – такие махинации – опасная работа, и очень, очень многие Тореадор больно обожглись, втягиваясь в них. Не все Тореадор годятся для политики Собратьев. Таким типам я советую держаться поближе к искусству, моде и другим, менее опасным вещам.

Тем не менее, потаенные интересы некоторых Тореадор не всегда хороши для остальных Собратьев. Я знаю, в это сложно поверить. Лет десять назад ходил слух, что тайная группа обиженных Тореадор стояла за урезанием финансирования искусства, которое мы наблюдаем в последнее время. Некоторые верят в то, что группа находилась вне Клана, но популярный слух говорит, что это была группа, которую обижают «художественные» наклонности, поддерживаемые молодыми членами Клана. Некоторые говорят, что они так же стоят за попытками ограничения свободы слова в Интернете.

Излишне говорить, что некоторые Тореадор ответили – помнишь все эти голубые ленты на интернет-сайтах (тут, скорее всего, имеется в виду голубой цвет – как символ сопутствующих капитализму «добродетелей», среди которых свобода слова; детальнее про флаг капитализма читайте тут www.capitalismxx1.ru/ и тут http://saraflag.org/page/2, - прим. переводчика) и сопроводительные статьи о поддержке свободы слова? Это все поддерживалось активной группой неонатов, называвших себя Электронными Художниками. Они поддерживали все виды художественной экспрессии в Сети и Интернет. Они создавали страницы поэзии, прозы, галереи и комиксы. Они размещали кричащие диатрибы о свободе слова и рассылали их по электронной почте всем, кто мог их услышать. Они организовывали электронные петиции и коллективы художников, чьи члены общались между собой исключительно онлайн. Их программисты работали над инструментами, которые бы облегчали сотрудничество на больших расстояниях. Слухи говорят, что это они создавали многочисленные порнографические и фетишистские сайты, только потому, что они верили, что любая экспрессия имеет право на жизнь. Кроме того, это приносит доход.

Так же есть и группы во вне. Одна из них, Смотрящие, пыталась поднять движение против Тремер. Они утверждают, что Термер борются с Вентру за власть, и если они станут во главе Камарильи, у Тореадор начнутся неприятности. Лично я не могу представить, чтобы Тремер когда-нибудь возглавили Камарилью, и большинство Тореадор со мной согласны. Поэтому зачем отворачиваться от целого Клана? Мы делаем все, что в наших силах, чтобы разубедить этих Тореадор, и убираем за ними, когда это не помогает. Я был в нескольких городах, в которых нам не рады именно из-за этой группы – что-то с ними нужно делать.

Тайные общества среди Тореадор появляются и исчезают, словно мода. То и дело кто-то начинает войну. Либо он находит несколько единомышленников и пытается чего-либо добиться, либо он понимает, что всем все равно и сдается, либо пытается ударить в одиночку. Если он умен, то держит в тени свою деятельность, поэтому не раздражает остальных, Тореадор или кого-то еще.

Анархи

Для всех, любой Тореадор, который уходит в анархи, становится мишенью для насмешек всего остального Клана. Мы говорим так, чтобы порадовать Вентру. Неофициально, любой анарх, обладающий достаточной страстью, чтобы заставить нас выпрямиться и стоять на цыпочках, может вытянуть свой собственный билет. Конечно же, это зависит от того, к кому он направляется. Как и в любом обществе, есть те, кто шагает в ногу со всеми и те, кто нет. В любом случае, хватит об анархах. Тьфу!

Престиж

Престиж – это комплексная вещь среди Тореадор. Множество мелочей могут поднять или уменьшить твой престиж. То, насколько сильно происшествие отражается на твоем престиже, зависит в меньшей степени от того, что ты сделал, и в большей от того, кого ты подвинул этим поступком, какие у него связи и насколько шумно он идет по миру.

Срыв чьего-нибудь запланированного общественного события принесет тебе неприятности. Большинство гостей на вечеринке чувствуют хотя бы минимальную обязанность польстить гневу хозяина, поэтому взволновать хозяина – легкий способ заставить других говорить о тебе плохо. Это значит, что ты не хотел обидеть хозяина вечеринки. Боже тебя упаси напасть на кого-нибудь на вечеринке, особенно если этот кто-то – особенный гость для хозяина. Именно поэтому некоторые Тореадор избегают пить наркотико- либо алкоголесодержащую кровь на торжествах – чтобы не попасть в неловкую ситуацию следует держать себя в руках. Опозориться – значит понизить свой престиж, в не зависимости от того, случилось это из-за того, что ты сам сделал или из-за чего-то, что случилось с тобой. В конце концов, сорвать чью-то вечеринку – значит стать изгоем в своем городе. Ты можешь легко переехать в другое место, и скорее всего, никто там не будет знать, что случилось. Либо им будет все равно. Если, конечно, твоя репутация не опережает тебя...

Другой способ потерять лицо – быть ответственным за уничтожение иконы культурного значения, пускай даже косвенно. В то время как считается великой честью защищать, например, великое произведение искусства, многие боятся этой чести. В конце концов, если шедевр будет поврежден, пока ты им владеешь, значит, ответственность несешь ты. Подобным образом, нанесение вреда великому художнику приводит к соответствующей потере престижа. Если ты дашь Становление художнику, который решил уничтожить себя, это так же учитывается – ведь это твой печальный приговор привел к уничтожению. О таких потерях престижа будут говорить гораздо дольше и дальше, чем о плохом поведении на вечеринке.

Что касается сильно выделяющихся, нестандартных художественных работ или выступлений, так же как и нестандартных находок (по меркам вкладам других культур), они тоже отражаются на потере престижа. Опасность тут в том, что, как я уже тебе говорил, «культура» - понятие относительное. Поэтому единственное, что имеет значение, это захочет ли кто-то искусный в едкой критике поточить об тебя коготки, и сможешь ли ты или твои сподвижники ответить ему. Поведение твоих протеже, так же как и твоего потомства, отражается на твоей репутации так же, как и на их, точно так же как престиж твоего Сира, или любого другого наставника. По сути, их престиж сильно влияет на твой – если твой Сир общественный изгой в Париже, значит и ты тоже. Виновен за одно и все тут.

Легко потерять уважение, и сложно завоевать. Тем не менее, ты можешь, конечно, попробовать. Если у тебя есть деньги, ты можешь устроить вечеринку, или организовать бал, или любое другое «событие Клана». Это требует усилий, денег и готовности попробовать снова, если кто-то решит, что ты прекрасная мишень, в конце концов, гораздо сложнее получить право на вечеринку, чем кому-либо ее испоганить. И потом, если твоя вечеринка особо не запомнилась, вряд ли она поднимет тебе престиж за рамками оценки местной гильдии на ночь или две. Так же это не самый лучший способ получать престиж, когда у тебя даже не с чем начинать – он должен быть у тебя, чтобы люди захотели приходить на твои вечеринки.

Патронаж выдающихся смертных – еще один способ получения престижа наряду с патронажем галерей, школ, и музеев. Так же помогает нахождение особо качественных предметов искусства, утерянных шедевров или зарождение нового популярного течения. Мудрым Становлением так же можно довольно быстро повысить уровень доверия к себе. Впечатляющие представления так же добавляют престиж в правильной компании.

Другой, отчасти хитрый источник престижа это услуги и долги. Если ты можешь дать другим Тореадор что-то, что им нужно, тогда в ответ они могут предложить замолвить словечко или обеспечить поддержку. Откровенно говоря, это, возможно, самый эффективный способ, хотя и наиболее опасный, чтобы добиться престижа. В конце концов, у каждого есть план. Это может быть единственным верным способом заставить людей отложить свои планы и сказать, что ты (или твоя работа или твои салоны) просто великолепны.

Тореадор и другие Собратья

Отношения Тореадор с другими Собратьями довольно сложные, потому как мы все же уютнее себя чувствуем в общении со смертными. И, естественно, те Тореадор, что представляют нас среди Сородичей, не совсем те, кто представляет наш Клан лучше всего.

Камарилья

Тореадор поддерживают Камарилью всем сердцем. Камарилья помогает Клану и наоборот. Камарилья, если коротко, это то, что защищает смертных от вампиров, даже если это не является намерением каждого ее члена, даже если это просто побочный эффект. Без Камарильи мы бы не смогли просто так бродить среди смертных, скользить между ними и так легко у них учиться.

Вот почему откол Гангрел вызвал среди нас такую панику. Для одного из семи Кланов, уход – это не просто так! Некоторые Тореадор боятся, что не менее чем распад всей Камарильи не за горами. Некоторые даже пытаются сделать что-то с этим. Конечно же, большинство Тореадор, вовлеченных в общество и политику Собратьев, делают все возможное, чтобы развеять страхи, укрепить отношения между членами Камарильи из разных Кланов, и еще много чего в этом духе, чтобы удержать все это вместе. Большинство из этого делается Собратьями для Собратьев, используя личные контакты и знакомства.

Это, наверное, одна из немногих вещей, с которой большинство Клана когда-либо соглашалось. Тем не менее, ты не увидишь организованного движения; просто у многих Тореадор одинаковая реакция на происходящее.

Элизиум

Тореадор всеми возможными способами поддерживают концепцию Элизиума. В конце концов, многие из нас проводят больше времени со стадом, нежели с Собратьями, поэтому мы не обладаем некоторыми преимуществами, когда Кланы встречаются. Из-за этого хорошо иметь безопасный способ, благодаря которому мы можем взаимодействовать с другими Кланами, и делает нас немного повыше. Кроме того, мы предпочитаем делать свои дела способами, исключающими использование вульгарного мордобоя или применения тайных способностей. Мы мастера едких слухов, фраз, беспечно оброненных в пределах слуха злобного Носферату, невинных комментариев. Другие Кланы могут считать нас глупыми и заносчивыми, но это всего лишь заставляет их сомневаться и не ожидать от нас подобных вещей. Они уходят, смеясь над глупым Тореадор с пустой головой и полными губами, а мы уходим, невинно улыбаясь, как будто бы мы ничего не заметили.
Когда нам надо заключить сделку с другими Собратьями, лучше Элизиума места не найти. Это идеальное место – оно помогает нам создать аристократический, важный, где-то легкомысленный образ, который так хорошо помогает нам, давая доступ к нужным ушам без риска быть вспоротыми когтями.

Ты можешь думать, что Тореадор ведут себя как хранители Элизиума. В конце концов, Элизиуму необходимы грация и культура, и это как раз по нашей части. Тем не менее, мы довольно редко берем на себя эти обязанности. И на то довольно много причин. В Камарилье ходит слух, что это из-за того, что мы впадаем в транс от того, что нас окружает и, таким образом, не можем хорошо выполнять нашу работу. Бессмыслица. Если бы дело было в этом – как бы мы тогда вообще обходились с галереями, музеями и так далее во всем мире? Если бы это было так, мы бы ничего никогда не добились.

Так же, как и со многим другим, у нас нет никаких универсальных правил по поводу Элизиума, и никаких формальных жестов. Просто так повелось, что большинство из нас не хотят становится Хранителями Элизиума. Например, многие из нас считают это работой для более приземленных Собратьев. Многие Тореадор прекрасно умеют передавать полномочия. В некотором смысле слуги Тореадор хранят Элизиум (ах, конечно же, Собратья думают, что всю работу делают Тореадор).

Во-вторых, нам нравится слух про нас о том, что мы не можем ничего делать в присутствии красоты. Другие Кланы, так же как и мы, знаем, что мы проводим почти все свое время вокруг искусства. Почему не позволить им думать, что мы безобидны, особенно на Элизиуме, где мы смотрим, слушаем, и ведем невидимую войну?

Мы так же не хотим оставаться крайними, если вдруг что-то произойдет. Ничто так не подрывает репутацию, как охотник на вампиров или скрывающийся журналист, найденный в служебных коридорах отеля, за который ты несешь ответственность. Кроме того безопасность – вот чего в первую очередь ждут от Хранителя Элизиума, а не культурной подкованности – а с каких это пор мы являемся боевыми охранниками? Пускай Гангрел – или Бруха, занимаются этим. В любом случае – Хранители – всего лишь расхваленные шерифы.

Должности в Камарилье

Тореадор разные и гибкие, поэтому нас можно найти на любой должности в Камарилье. Мадам Гуиль нынешняя Юстикар Тореадор. Она занимает этот пост уже некоторое время и умело обращается с данной властью. Она не меньше других Юстикаров склонна пользоваться властью для достижения личных целей, но так же известно, благодаря ее усилиям уничтожались Князья в целях сохранения Маскарада и Традиций. К сожалению, ее длящееся до сих пор соперничество с Юстикаром Тремер, Анасташем де Загребом, вылилось в несколько болезненных стычек между Кланами.

Архонты Тореадор могут быть чрезвычайно эффективными, в основном из-за укоренившихся в остальных Кланах стереотипах о неэффективности и разнузданности Тореадор. Архонт Тореадор может представиться как глупый пустоголовый болтун, если захочет, чтоб на него не обратили внимания, или как более старый и менее «смертный» манипулятор, если просто нужно сделать работу. Ходит слух, что Мадам Гуиль держит на службе нескольких архонтов Вентру, так же, как и из других, менее близких Кланов.

Тореадор редко становятся Князьями, но иногда это случается. Многие Тореадор предпочитают передавать полномочия, или склоняться к уху Князя, нежели рисовать мишень на своем сердце. Некоторые Тореадор с трудом удерживают власть из-за того же стереотипа, который может защитить нас в других ситуациях. Представление, которое сложилось о нас у других Кланов, может быть полезным, но иногда оно мешает. Тем не менее, зачастую позиция Примогена Тореадор дает довольно внушительную власть. Большинство Тореадор осознают ценность товарищества и манипулирования. поэтому Тореадор редко когда ставят себя выше Князя города. Если только, конечно, не выясняется, что Князь приносит Примогену неприятности, или если становится понятно, что он не задержится надолго в этом мире.

В больших городах Примогены Тореадор редко назначают випов (whip). Организовывая балы и «события Клана», сложно утаить от членов Клана последние события. Если вип и назначается, то обычно для того, чтобы направлять обсуждения на сборах Клана – в конце концов, некоторые Тореадор этого на дух не переносят. Так же вип может служить для того, чтобы заменять примогена, пока тот за границей - ведь мы так любим путешествовать.

Многие Князья предпочитают назначать Тореадор на должность сенешаля. В конце концов, большинство Князей хотят иметь сенешаля, который знает все последние слухи, который знает, что и где происходит, и который не хочет занять его место – ведь предполагается, что сенешаль служит, чтобы защитить Князя, а не предавать его. Звучит так, как будто бы говорится про нас, или, по крайней мере, про наш публичный имидж, не так ли? Если бы я был Князем, я бы естественно хотел себе сенешаля, который может мне сказать, кого, где и с кем видели, но который при этом слишком занят, чтобы строить против своего господина планы с целью предательства. Кроме того, многие из обязанностей сенешаля, на которые сетуют остальные Собратья – быть посредником в общении с другими Собратьями, выполнять роль информационного центра, и исполнение других секретарских функций – мы находим довольно полезными. Не один амбициозный Тореадор воспользовался этой репутацией, чтобы совершить именно то, чего Князь пытается избежать, выбирая Тореадор – предают Князя и занимают его место.

Тореадор – идеальные сплетники. Если это делает нас «гарпиями» (какое мерзкое слово, да?), то да будет так. Несомненно, мы имеем некоторое влияние на местную социальную сферу и на движение новостей. Мы редко когда «выдвигаемся» на эту странную должность; другие просто называют нас гарпиями, как только осознают наше влияние. Мне кажется, они стали так говорить, потому что думают, что эти выпады остановят нас; вместо этого, мы игнорируем их и начинаем относиться к подколкам как к издержкам профессии. Иногда просто не находится понимающего общества Собратьев. Возьми от этого все.

Верь или не верь, но существуют Тореадор-шерифы. Нас бы вряд ли выбрали за нашу силу или навыки обращение с оружием, но есть множество наших, кто обладает силой и знает, как обращаться со стволом. Кроме того, социальные навыки гораздо более важны для шерифа, чем ты можешь подумать. Обилие контактов и способность уговорить оказать услугу могут быть куда более полезными, нежели физическая сила, когда пытаешься представить кого-то пред княжьи очи. А способность выбирать хороших помощников и понимать стратегию (один или два стратега даже были Обращены из-за теории о том, что военная стратегия может быть искусством) так же ценны в военное время, как и в мирных целях. Так же шериф должен следить за проколами в Маскараде, и это то, в чем мы действительно мастера. Тем более, что исследования девяностых не прошли для людей даром.

Очень немногие Тореадор занимают должность плети (scourge). Кто захочет проводить свои ночи в охоте на бедных неонатов, Становленых без разрешения, когда вместо этого мы можем заниматься чем-нибудь менее глупым (и более полезным)? Убийства так редко в моде.

Преимущества отсутствия ответственности

И еще раз, тот образ, который мы создаем (иногда умышленно, иногда нет), одновременно и благословение и проклятие. Это может помочь кому-то делать свои дела без того, чтобы быть замеченным, что нравится многим Тореадор. Тем не менее, у некоторых из нас есть амбиции и некоторые из нас жаждут власти, и таким Тореадор зачастую мешает наш образ. В любом случае, они в меньшинстве. Не говоря уже о том, что те Тореадор, что рвутся к власти, не всегда являются теми Собратьями, которые бы мы хотели, чтобы представляли нас.

Большинство из нас хотят влиять на мероприятие, не будучи тем парнем в кресле с большой надписью на лбу, кричащей «Проткните меня колом!». Немногие враги выбирают своей целью советников вместо Князя. Таким образом, когда Князь печальным образом исчезает, и кто-то другой приходит к власти, мы остаемся на своих местах, потому что достаточно умны, чтобы набивать контакты с другими Сородичами, не только с Князем. Наше влияние продолжается. Княжеское нет.

Шабаш и Тореадор Антитрибу

Большинство Тореадор пытаются держаться как можно подальше от Шабаша. Шабашитское отношение к смертным, как к скоту, настолько противоречит представлениям Тореадор, насколько это возможно, и, тем не менее, находится рядом.

Тореадор плохо подходят для того, чтобы придерживаться тактик Шабаша. Утонченность и грация могут помочь против некоторых шабашитов, таких как Ласомбра, но они никак не помогут против шатающихся банд, впадающих в безумия при одном только виде Противоположенной Стороны. Контакты могут помочь нам узнать, когда Шабаш придет в город (не нужно много контактов, чтобы зайти в полицейский участок, и прочитать отчет о «трупе без крови»), но так как шабаш относится к смертным как к скоту, контакты вряд ли помогут сверх этого. Особенно если учесть, что нас в смертных интересует не только витэ, и мы вряд ли отдадим их на корм, пока сами ускользаем через заднюю дверь. Естественно, если нет другого выхода.

Тореадор антитрибу – нечто загадочное для нас. Сложно представить Тореадор, относящегося к смертным так как к ним относится Шабаш – хорошо, некоторые из наших старейшин и те, кто пресытился, могут скатываться до такого время от времени. Но чтобы вместе? Никогда. Это полностью противоречит тому, чем мы являемся.

Кто-то однажды выдвинул идею, что шабашитские Тореадор являются такими, какими есть, потому что они вынуждены потерять свою связь с человечеством, и лишь только то, что противно, ужасно или искаженно впечатляет их. Они находят ужасное прекрасным, чудовищное красивым, а пугающее волнительным. Я пытаюсь не думать об этой теории слишком много – не потому, что это не имеет для меня значения, а потому что она значит для меня слишком много.

Отношения с другими
Со слов Фердинанда Чу, служителя (Ferdinand Chu, ancilla)

Сегодня первая ночь отведенной тебе нежизни. Ты ведь новенький, не так ли? Не обижайся. Я знаю много старейшин, которые готовы пожертвовать своими самыми близкими людьми, чтобы вернуть то, что они потеряли, а ты еще нет. То, как ты теребишь волосы, хрустишь суставами, покусываешь губы – это привычки жизни, и ты делаешь это естественно. Ты ведь еще не забыл, какого это – быть живым, да? Могу поспорить – ты до сих пор иногда просыпаешься в темноте и удивляешься, почему солнце еще не встало.

Наслаждайся этим временем. Эти мелкие человеческие черты пропадают одна за одной, и ты теряешь их так, словно у тебя отбирают какой-то подарок. Я видел старейшин, которые потеряли даже самые простые человеческие черты – моргание, облизывание губ, отражение эмоций на лице.

Я видел других, проживших столетия, и отточивших все человеческие эмоции. Каждую ночь вскоре после того как просыпаются, им делают долгий массаж специально обученные слепые слуги. Десятилетия практики научили слуг, как прогнать кровь по замершим венам, как сохранить суставы гибкими, как сделать кожу живой и теплой, как разогнать пурпурные сгустки на ягодицах и затылке. Иллюзия практически идеальная. Практически.

Я не знаю, какой вариант страшит меня сильнее. Страх, наверное, единственное человеческое чувство, которое мы никогда не забываем.

Тебе пока еще это не грозит. Пока еще ты выглядишь более человеком, нежели трупом, счастливчик. Если останешься таким же счастливчиком, сможешь протянуть так несколько десятилетий, столетий, а может и больше. Это все зависит от твоей собственной борьбы со Зверем. В этом я тебе не сильный помощник – я сам борюсь со Зверем с 1841-го, так что у нас с ним довольно дружеские отношения.

Нет, то, что мне надо тебе рассказать – это про других. Других Кланах Собратьев – да, «других семьях вампиров», если говорить грубо – что? Да, слово «вампир» является грубым. Господи. Я так же расскажу тебе о других других. Мы вряд ли одни в этом чертовом таинственном мире. Есть такие твари, рядом с которыми самый отвратительный Собрат, которого ты только можешь себе вообразить смотрится как Винни, мать его, Пух.
Кое-кто попросил меня сделать это. Да какая тебе разница, кто просил, просто слушай. Слушай хорошо. Да, в конце будет проверка. Она называется «завтрашняя ночь».

Тремер

Тремер напоминают мне тех озлобленных невзрачных девочек из средней школы, которые думали, что если если у них все плохо, то и у других должно быть не лучше. Возьми эту желчную, безрадостную самоуверенность. Добавь одержимое стремление контролировать каждого, кто умеет веселиться, или ведет себя неординарно. Приправь это опасной дозой по-настоящему страшных магических фокусов. Дай этому потомиться на медленном огне несколько десятилетий… и ты получишь типичного Тремера. Они угрюмо, закостенело ищут способ сделать из всех унылых вялых рабов.

Они мастерски умеют добиваться власти, и абсолютно не знают, что с ней делать, когда ее захватывают. Они из того сорта людей, которые могут разработать детально прописанный план, на бумаге выглядящий просто безупречно. Естественно, что он рушится после первого же соприкосновения с реальностью, но ведь он должен был работать. Когда же это происходит, Тремер настаивает, что план был просто идеален. И это самое плохое.

Вот почему они столь опасны. В них парадоксально соединены гениальность и глупость, поэтому они могут схватить этот мир в свои окровавленные лапы, только для того, чтобы бросить его под ноги и разбить на кусочки. Это умнейшие тупицы.

К счастью для нас, они организовали себя в одну из тех напыщенных, строгих иерархий, которые выглядят так хорошо только теоретически. Они думают, что власть подобна лестнице, шагать по которой можно лишь выбивая товарища, стоящего выше, поэтому они держат тех, что внизу, на коротком поводке неполных уз крови. Поэтому часовня Тремер напоминает ряд из костей домино. Щелкни под одной – все, что позади нее тоже падут.

Многие Тремер подозрительны и параноидальны, но тем не менее,наивны, когда дело доходит до манипулирования. Сделай для них достаточно услуг, и они подумают, что ты дурак. Как только ты попадаешь под эту категорию, они принимают все, что ты говоришь, за чистую монету – в конце концов бедный глупый Тореадор никогда не проведет гребанного умного Тремера, верно? Даже если их пешки подозревают тебя, они никогда не осмелятся перечить Большому Начальнику. Половина из них надеются, что Большого Начальника уберут, после чего они смогут подняться еще на одну ступеньку выше по Лестнице Большой Сладкой Горы.

Но не будь нахальным. То, что их легко надуть, не означает, что им это нравится, и как только ты сделаешь из них дурака, им ничего не будет стоить натянуть тебя по-полной.

И последнее – НИКОГДА не сади никого из них на узы крови. Об этом узнают старейшины, они найдут тебя, они выпьют твою душу и никто никогда ничего не узнает.

Малкавиан

Это самый опасный Клан в Камарилье, даже хуже чем Тремер. Тремер напоминают большого толстого питона – отвратительны, но умирают, если отрезать голову. Малкавиан как косяк пираний; избавившись от одного, ты просто освобождаешь место для еще одной пары челюстей.

Вот что опасного в Малкавиан: они как-то убедили себя, что безумие, накатывающее, когда прислушиваешься к Зверю – есть «истинная мудрость». Выбирая между своей живой и мертвой половиной, они всегда выбирают смерть. Я бы не удивился, если бы они по своей воле вышли прогуляться под солнце, но их тяга к смерти гораздо глубже. Они не ищут смерти себе или смертным: их удар направлен в самые основы порядка, мироздания и мира. Они подрывают, разрушают и стирают не ради собственного удовольствия, а потому что они слуги энтропии, существующие лишь затем, чтобы ввергнуть весь остальной мир в свое безумие. Когда все ценное исчезнет, когда пульс жизни затихнет, и красоту станет не узнать, и Зверь наконец возликует, Малкавиан потушат свет.

По крайней мере, так они это видят.

К счастью для нас, слуги беспорядка не очень-то организованы. В этом их сила, потому что ты никогда не знаешь, откуда они придут. Но это так же и их слабость, потому что даже они сами не знают, куда они идут.

Лучше способ вести себя с Малкавиан – стараться не обращать на них внимания: они ничего не могут тебе предложить и они не представляют нам угрозы. Поскольку они все чокнутые, ты можешь иногда одурачить или спровоцировать их на нарушение Маскарада, после чего либо представить пред очи Князя, либо шантажом заставить выполнить свою грязную работу. Или скомбинировать эти два варианта. Используй свое воображение. Тем не менее, будь с этим поосторожнее: шантаж основывается на инстинкте самосохранения, а очень много Малкавиан зашли слишком далеко, чтобы он у них был. Ясное дело, что тогда эта проблема решается сама собой, но только если они не утащат тебя с собой.

Вот чего действительно надо опасаться – так это Малкавиана, который служит ухом Князя. Их сумасшествие дает им способность проникать в безумие мира, и Князь может жаждать этой информации, в своем стремлении держать город в одном кулаке. К их чести, некоторые Князья на самом деле могут использовать дьявольские инструменты, чтобы разрушить оплот дьявола, но слишком часто те, кто пытаются это сделать, понимают, что дьяволу и вовсе не нужен был там оплот.

Ассамиты

Первое и самое главное, если ты слышал историю о Моцарте: да, это правда и мы никогда не простим Ассамитов за это. Он был величайшим гением золотого века, но для них он был всего лишь могущественным витэ в неопытном сосуде. Мы уверены, что его убийцей был ублюдок по имени Моханад Музабир (Muhannad Muzabir), что означает «Жонглер Мечами». Если хочешь, я покажу тебе портрет Эпохи Возрождения, и, как мы думаем, самое свежее фото из аэропорта в Монако. Но если ты увидишь его, даже не думай самому набрасываться. Я покажу тебе картинку, просто чтобы ты смог убежать.

Ассамиты – словно обратное отражение Тремер. Там, где Тремер слишком умны, к счастью для самих себя, Ассамиты полны убийственной, действенной глупости, на которой основывался Третий Рейх. У них нет сложного мастерского плана, кроме как «пить кровь вампиров», поэтому их так сложно сбить с пути.

Как известно, в предсказуемом враге есть свои преимущества. В основном, их легко направить, и их сердца открыты. К тому же они ненавидят Тремер, что для меня много значит.

Даже не приближайся к этим ребятам, если ты близок к Каину: веди все свои дела с убийцами через тонкокровного вассала. Если Ассамит услышит запах древнего витэ, его переклинивает и он срывается в погоне за вожделенным. Конечно, беря во внимание твое положение, ты подойдешь на роль чьего-нибудь слабокровного вассала…

Единственный вариант, как можно вести игру с этими ребятами – тайно нанимать их против старых Тремер (говоря «тайно», я не просто имел в виду «пряча от других Собратьев». К тому же, будь уверен, что Ассамит не знает, кто оплачивает счета. В таком случае, если он потерпит неудачу, Тремер не смогут вытянуть информацию из его крохотного мозга). Дай Тремер столько предупреждений, сколько посчитаешь нужным (в идеале через Носферату), затем усядься поудобнее и смотри, кто из этих ублюдков трахнет другого. Если же ты особо смел, можешь попытаться добить победителя. Я не советую так поступать, если только ты не уверен, что он лежит еще до того, как ты начнешь его пинать.

Есть еще один способ, как можно использовать их слепую жажду витэ с пользой для себя, но он довольно опасен. Тем не менее, я знаю кое-кого в Нью-Йорке, и теперь у нее свой ручной Ассамит для защиты от Шабаша.

Моя подруга была настоящим мастером маскировки. Она наняла этого Ассамита, чтобы наказать «Милдреда фон Сантоса (Mildred von Santos)», вроде как Тремера из Джерси. Частью оплаты был глоток из ее запястья. Ассамиту надо было бы думать головой, но он был одурманен Очарованием, и он по-настоящему хотел попробовать древней крови, и кроме того она была всего-лишь Дегенератом – не о чем волноваться, не так ли?

Но дело в том, что не было никакого «фон Сантоса», лишь моя знакомая в по-настоящему хорошем сценическом гриме. Я даже не думаю, что «фон Сантес» имел какое-то значение. В любом случае, так как она ожидала атаки и была гораздо быстрее, чем должен был быть любой Тремер, она легко освободилась из его лап на середине питья. Теперь Ассамит был на две третьи привязан и не знал этого. «Случайная» засада настоящего Тремера достаочно ослабила его, чтобы его смогли удержать гули моей подруги и она силой заставила его сделать третий глоток. Вуаля. Очень милое дельце, но я бы не пробовал этого повторить дома, детки.

Бруха

С Бруха довольно сложно совладать, потому что они во многом похожи на нас. Они связаны с сильными чувствами из своей смертной жизни. Нам повезло. Мы связаны с культурой, и в том время, пока мы можем спорить о достоинствах этого танцора или той философии, для большинства культура – это то, что можно потрогать, оценить или посмотреть со стороны.

Бедные Бруха привязаны к идеям. Ты когда нибудь держал в руках пуд свободы? Ходил, рассматривая несколько ярдов правосудия? Стучался в соседнюю дверь, чтобы попросить чашечку чести? Не думаю.

Причина, по которой Бруха не уживаются друг с другом (и с другими, кстати, тоже), в том, что каждый из них ведет свой личный, одному только ему ведомый крестовый поход. Они очень уникальны. У двоих Бруха, кричащих о «свободе», могут быть кардинально противоположенные представления о том, что значит «свобода». У молодых Бруха обычно нет четкой идеи, чего они хотят, за какую бы добродетель они не боролись. Им просто доставляет удовольствие шуметь и смотреть за реакцией.
И вот тут наступает наш выход.

Если ты нарисуешь картину, тебе бы понравился человек, который, похоже, понял и хвалит твою работу, да? Примерно то же самое и с Бруха и их «целями». Пойми, что они хотят услышать. Скажи это. Теперь у тебя есть товарищ, любящий драться. Поверь мне, гораздо легче разглагольствовать о революционных идеях, нежели говорить о театральной критике. Брось несколько лозунгов, которые звучат классно, но не значат ничего – и Бруха сядет тебе на крючок. Поднять знамена! На борьбу с властями! Вам нечего терять, кроме своих цепей!

Это сильно помогает, если они думают, что ты восхищаешься ими. И это работает почти с каждым.

Сеттиты

Ах, да, ужасающие и хвастливые «мастера развращения». Я боялся, пока не понял, что «развращение» - не более, чем громкое слово. Вроде того, как было в 70-х, когда «авторитарный» означало «наш диктатор», а «тоталитарный» - «их диктатор». Типо того, когда ЦРУ говорит «выгнать с «волчьим билетом» (ссылаясь на Дугласа Валентайна (Douglas Valentine) в его книге «Программа «Феникс» (The Phoenix Program), ЦРУ пользовалось этой фразой во время Вьетнамской войны, увольняя своих местных наемных агентов. В случае особых нарушений, приказ «выгнать с «волчьим билетом» ("termination with extreme prejudice") означал «убить», - прим. переводчика), или работник отдела кадров «уволить нежелательного работника». Или, как по мне, когда мы называем себя «Собратьями».

Так или иначе, когда «развращение» означает «возвращение к человеческому». Давай разберемся, что понимается под этим «развращением». Секс? Ничего себе! Это ли не возвращение к смертным денькам? Наркотики? Это еще один инструмент из их арсенала, от которого разит человеческим. Знание? Похоть? Это все страсти человеческой половины, но не Зверя.

Большинство Сеттитов, с которыми ты можешь столкнуться так же близки к своему человеческому естеству, как ты или я. У них просто нет такого вкуса и они не настолько стильны. Они могут быть страшными, противными уродами, но тем не менее, они ужасно человеческие уроды.

Это объясняет, почему 80% Сеттитов – сибариты, цепляющиеся за людские наслаждения, к которым мы имеем доступ без проклятия нашей основательницы. Но есть убежденные Сеттиты, упорно следующие своей идеологии, и они свободно скользят по своей человечности. Вот их надо опасаться. Малкавиан уверенны во лжи, что безумие есть мудрость; самые опасные Сеттиты верят, что человечность есть слабость. Эти некоторые торгуют удовольствиями, не потому, что ищут их для себя, а потому что хотят втянуть в них остальных, сея… что, зло? Подлость? «Развращенность»?.. для самих себя.

Гангрел

На самом деле я раньше думал, что этот Клан является примером того, как человеческая сущность уступает Зверю, но должен сказать, они не придают этому особого значения. Да, со временем у них появляются змеиные глаза или двойные копыта или еще что-то. Иногда даже кажется, что они выворачивают свою Звериную сущность наружу, тем самым защищая свое человеческое «я». Сорви обертку и иногда можно увидеть кого-то очень взвешенного, интересного и непоколебимого.

Но они не постоянная, нависающая угроза, как Малкавиан или Джованни. К сожалению, это так же не значит, что они слишком хорошие. Они нецивилизованны, что говорит о том, что они мало чего могут нам предложить, разве что этот ловкий трюк с захоронением заживо (судя по всему, речь идет о Слиянии с Землей (Earth Meld), 3 уровне Дисциплины Гангрел Превращение (Protean), - прим. переводчика).

Они некультурны и грубы, но им нет равных в том, чтобы настигнуть кого-то и разорвать на куски. Да, это не то, что ты назовешь «дружественным к Маскараду» набором навыков, но определенно один из возможных. Когда они еще состояли в Камарилье, можно было наладить контакт с Гангрел, снова и снова бросая им кость. Из за своей глупости, чисто охотится в городе было для них так же тяжело, как для нас легко. В то время, как им приходилось выслеживать, загонять в угол и питаться какими-нибудь лихими моряками или заразными шлюхами, мы запросто могли получить дюжину смертных, добровольно выстроившихся в очередь за привилегией. В плане крови мы были богачами, а они бедняками. Много дел было сделано.

Тем не менее, теперь они не являются официальными членами Камарильи. Это означает, что у них есть право досуха выпивать дальнобойщиков и шоссейных шлюх, но нет права входить в город без того, чтобы какой-нибудь параноидальный Князь не всыпал им по первое число, едва почуяв.

Я бы хотел знать, кто их на это надоумил – я думаю, кто-то чрезвычайно убедительный. Могу поспорить, в свою бытность смертным, он был капитаном корабля. Я бы хотел присвоить эту заслугу нам, но не могу. Нет. Нет уж. Мы ничего для этого не сделали. Ничего.

Возможно, теперь у них больше крови. Взамен они обеднели политически, у них нет юстикара, отстаивающего их интересы и им не должен ни один чертов примоген.

Так уж вышло, что политическое влияние – единственное, чего у нас больше, чем крови.

Какое удачное совпадение.

Джованни

Типичный Джованни настолько любит трахать свою сестру, что не перестает этого делать даже после ее смерти. И что еще хуже, они стремятся к тому, чтобы сделать некро-инцест чем-то похожим на приход воскресной школы. Мы пока еще не смогли установить, каков главный план Клана, но он требует смертей. Много смертей. Если мы правильно понимаем, Руанда была лишь началом (имеется в виду геноцид в Руанде 1994 года, направленный на уничтожение этно-социальной группы хуту, организовывавших и непосредственно исполнявших убийства другой такой группы - тутси. Число убитых за 100 дней составило по разным данным от 500 000 до 1 030 000 человек, из них примерно 10 % составили хуту. Скорость убийств превышала в пять раз скорость убийств в немецких концлагерях в годы Второй мировой войны. Так же интересен тот факт, что в 2005 году город Сесто-Сан-Джованни (итал. Sesto San Giovanni) учавствовал в руандийском тендере на покупку вентиляционного оборудования (http://www.market.gov.rw/tenders/np-notice.do~995923) а так же ряде других экономических взаимодействий с Руандой, - прим. переводчика).

Многие думают, что Джованни не становят большой угрозы, потому что их не так уж много. И хотя это и правда, всегда помните, что не нужно много раковых клеток, чтобы все тело поразила болезнь. К тому же, не всех из них зовут Джованни. Не спускайте глаз с Писаноб (Pisanob) в Южной Америке и (о которых никто не должен знать) Миллинеров (Milliners) в Новой Англии.

Хорошая новость в том, что никто не будет поднимать большой бучи, если ты убьешь одного из них. Плохая в том, что иногда это ничего не решает. Джованни имеют отвратительную привычку возвращаться в качестве призраков. Не все из них и довольно редко, но достаточно часто, чтобы с этим считаться. Естественно, что призрак Джованни тут же свяжется с Ликом Джованни (Lick Giovanni), чтобы собрать маленький хороший отряд возмездия.

В таком случае – убивать одного небезопасно. Они просто могут выкинуть один из своих посмертных фокусов и указать на тебя своим двоюродным корешам. Если у тебя есть зуб на кого-то из них, лучше проткнуть его колом, чем убивать. Пока он в торпоре, привяжи его руки и ноги так, чтобы вся кров стекла в торс, затем отруби конечности и прижги культи. Затем выколи ему глаза. Таким образом, даже когда кол будет вынут, он не сможет натворить делов.

Что же тебе делать с этим слепым, спящим торсом Джованни? Если хочешь играть по-жесткому, можешь отослать его обратно братьям, как бейсбольную карточку, но я бы не рекомендовал так поступать. Принеси его своему Князю, если думаешь, что ему может это понравиться. Или если знаешь кого-то, любящего Амарант, возможно заломить хорошую цену. Дьяблери – еще один способ быть уверенным, что он не прорвется назад.

Тем не менее, пробивать колом и расчленять Собрата может быть нелегкой работой, особенно с Джованни и всеми этими привидениями, следящими за ним. Гораздо, гораздо более лучший способ разобраться с Джованни – сыграть на их самой большой слабости – кровосмешении. Поскольку эти свиньи не выходят за рамки своей семьи, не трудно найти возможного кандидата на Становление. Найди их, пока они смертны, и привяжи к себе узами крови. Если их обратят, узы останутся, сильно облегчая дела с неонатом Джованни (говоря «дела», я конечно же имею в виду предательство). Скорее всего, старейшины Джованни почувствуют твои узы и откажутся от Становления, и в этом случае ты также выиграешь, заставляя их искать нового кандидата.

Мы так активно это практиковали на Ривьере (полоса средиземноморского побережья от г. Канны во Франции до г. Специя в Италии, - прим. переводчика), что тамошняя ветка семьи не выпускала своих детей из дома поиграть. Как по мне, так их новое поколение не нужно привязывать узами, они просто будут очень наивны и не иметь никаких социальных навыков. Вот ключ к успеху.

Все шутят: Джованни – плохие новости. Их цель в том, чтобы спустить человечество в унитаз, а затем подтереться остатками мира.

Ласомбра

Лидеры Шабаша относятся к старомодному, средневеково-церковному типу вампиров из разряда «скользящих в тени под черным покровом ночи и пьющих кровь из любого, кто станет у них на пути». В основном их раздражает собственная человечность. Некоторые вообще позиционируют себя как «инструменты Дьявола» - карой божьей на падший мир. Будучи сами проклятыми, они служат, чтобы втянуть или оттолкнуть других от своего проклятия.

В любом случае это лишь теория. На практике, они пытаются удержать на коротком поводке большую толпу ошалелых от крови безумцев. Иногда один или два Ласомбра прокрадываются в «камарильский город» (что бы это ни значило) и пытаются подкинуть проблем. Если увидишь, как один из них крадется за тобой, вежливо поклонись, веди себя, как будто ты думаешь о нем, задействуй Присутствие, чтобы он тебе поверил, затем сообщи Князю или хорошему шерифу, который может раскроить башку. Ты не хочешь застрять в паутине этих мелочных пауков. Они ядовиты.

С другой стороны я слышу этот ворчащий голос в глубине своего разума, который говорит: «Насколько сильным манипулятором ты можешь быть, если все думают, что ты великий манипулятор?».

Носферату

Если хочешь, чтобы Князь отнесся к чему-то серьезно, не говори это ему. Пусть это просочиться к Носферату «случайно», как будто бы ты не понимаешь, насколько это важно. Как только оно проделает свой путь к ушам Князя через Канализационных Крыс, он будет ловить каждое их слово.

Эти ребята заслуживают большого уважения. Такое впечатление, будто они – это Малкавиан, вывернутые наизнанку. Там, где Малкавин прячут свое проклятие под обычной внешностью, у Носферату все их уродство налицо. Сколь многие из них нашли способ уживаться со своим Зверем, оставаясь при этом благородными и достойными внутри.

С другой стороны еще больше из них тех, которые настолько отвратительны и злы, что их внешнее уродство – ничто по сравнению с тем, что скрывается у них внутри. Вот их тебе нужно бояться, потому что они завистливы. И эта зависть идет куда дальше, чем просто зависть уродца – они не могут смириться с тем, что мы остались более человечными, и это сводит их с ума.

Равнос

Равнос? Какие Равнос?

Они были интересны, пока их было видно, и должен признать, было довольно забавно наблюдать, как они путешествуют по городам, но я думаю, что ничего не стоит собрать каждую слезинку, которая пролилась по поводу их исчезновения, и они уместятся в одной контактной линзе.

Жаль только, что, у того, что ввело их в состояние берсеркеров, не было времени заодно проклясть Тремер, Джованни и Малкавиан.

Цимисхи

Еще одна группа шабашитских консерваторов, с которыми не желаю тебе встречаться. Они тоже по-своему борются со Зверем, но не ища защиты в своей человечности (подобно нам и большинству Сеттитов), или пытась балансировать между ними (подобно Носферату и Гангрел), но отрицая их. Они не хотят быть ни людьми, ни животными. Они хотят быть машинами. Кровь вливается, хотя и пропадает. Это их идеал, их эстетика. Довольно сухо, да? Что удивительно, так это то, как многие из них могут создавать красоту, почти случайно. Есть что-то страшное в том, что может родиться из безупречной функциональности, не правда ли?

Вентру

Вентру молодцы. В основном они любят вещи такими, какими они есть, что говорит о том, что у них отлично получается сохранять вещи от того, чтобы они не стали хуже. Сравни и противопоставь их Тремер, стремящихся стать «Большим Братом», или Джованни, которые хотят сделать из всех своих персональных резиновых кукол, или Малкавиан, которые хотят опрокинуть телегу с яблоками, только для того, чтобы посчитать, сколько же в червивых червяков.

О «контроле» Вентру говорят много, но по большей части – это лишь напускание тумана. Вентру не «контролируют» правоохранительные органы настолько, чтобы знать каждый шаг любого, кто ходит по «из» городам. У них может быть гуль, занимающийся бумажной работой, и они могут держать на узах крови одного из лейтенантов, но их настоящий талант – в способности наводить чистоту.

Только подумай об этом.

Когда какой-нибудь неонат срывается с поводка и бежит, сломя голову, в Планету Голливуд, Вентру за час успевают нагнать его, внеся поправки в воспоминания копов и свидетелей, чтобы они согласились с их подходящей в данный момент Полной Чуши Историей (у них есть сотни заготовленных фальшивых историй, почти на каждую ситуацию. Я даже видел Интернет-архив, он в базе данных, так что предположительно любой Вентру мира может ввести параметры проблемы и получить список «правдоподобный объяснений»). Они могут убрать мусор быстро, эффективно и с концами.

Также они отлично планируют. Как только они узнают, кто разнес ресторан, они находят его и они с ним общаются. Заметь, я не сказал «разбираются с ним». Ленивый Вентру может делать грязную работу своими руками, но «лень» - не то, что ищут Вентру в своих потомках. Нет, они предпочитают «хитрость» и «незаметность» и «коварство». Поэтому среднестатистический Вентру скорее всего даст неонату почувствовать, что его легкое бешенство сошло ему с рук, пока Вентру не предложит ему выбор между кровавой охотой или соответствующим ироническим поворотом судьбы (они любят суицидальные задания – в основном они указывают им на Шабаш, но то и дело выбор падает на Тремер, Сеттитов или других Вентру, и даже на нас). Они могут длиться поколениями, но у них очень долгая история игры в «Подерись с ним!».

Они непревзойденны в «до», и превосходны в «после». С чем у них проблемы, так это с «во время». Они настолько умелы в долгих планах, что не не совсем хороши в импровизации. Вот тут вступаем мы – особенно потому, что у нас получается видеть в людях личности, а не кормушки или незначительных букашек.

Маги

Есть столько историй про «магов» и «мистиков», могущих изгибать реальность по своему желанию одной лишь мыслью. Лично я их не видел. Однажды я встретил одного парня, который по своему желанию мог выиграть на любом игровом автомате. Пока он работал над своей «удачей», его аура выглядела очень забавно – как будто бы сыпала искрами. Из любопытства я решил подойти ближе и попробовать его на вкус. Его витэ ничем не отличалось от витэ кого-нибудь другого. В общем ничего сверхъестественного.

С другой стороны, как-то раз Тремер попробовали основать часовню за городом. Она не только пропала без следа, но Собратьям, которые знали о ней, понадобилось шесть месяцев, чтобы осознать ее пропажу. Все просто, мать его, забыли про котерию из четырех Чернокнижников, которые пошли посмотреть, в чем дело. Все вспомнили об этом только тогда, когда клубок уже было не распутать. Так что сейчас я думаю, что тот джекпотный джокер, которого я осушил, был лишь начинающим магом. Так же, как и у тебя, у него было в запасе несколько потешных фокусов, и он был довольно крут по меркам смертных, но не в нашем масштабе. Я думаю, что самое интересное у них за чертой города.

Люпины

Представь себе воcьмифутовый лохматый ковер, пропитанный кровью – твоей. Добавь самоподдерживающийся Маскарад, который заставляет любого смертного, увидевшего его, бормотать и видеть галлюцинации о пьяных маньяках с бензопилами, насильниках, оборотнях в погонах, или какая еще из городских легенд подойдет лучше. Теперь прибавь к этому то, что оно залечивает раны быстрее, чем ты успеешь сказать «О, черт, ты ведь не хочешь продырявить во мне еще один задний проход?».

Поздравляю. Теперь у тебя есть общее представление о том, что есть оборотни. Если ты заходишь в лес, то рискуешь нарваться на одного из сторожевых псов самой смерти, который разорвет твою задницу когтями и воспользуется для учебной стрельбы. Под «лесом» я имею в виду все, где нет уличных огней. К счастью для нас, большинство изменяющих форму не выносят городов.

Я помню Джина Вартона (Gene Wharton), Гангрела из моего прошлого, практически вывернутого наизнанку, прислоненного к двери Элизиума Майями. Я окинул его взглядом и подумал: «Так вот для чего нужен Маскарад. К черту смертных. Я прячусь от оборотней!».

Феи

Эти существа, похоже, являются каким-то видом душевных паразитов на людях. Они ненавидят всех нас, и это, блин, стыдно, потому что они так же тянутся к цивилизации, как мотыльки на огонек. Никого не напоминает? Я слышал удивительную историю о шумной и некрасивой ссоре между представительницей нашего Клана и феей-аристократкой из двора Солнечного Короля. Обе хотели быть «любимой женой» для одного художника, который видел вампиршу ночью, и феечку днем. Как и всякая хорошая история, эта кончилось столкновением. Фею выпили досуха. Тореадор абсолютно поехала крышей, навсегда. Художник больше никогда не рисовал.

Вот как заканчиваются дела с феями. Красивые истории; отвратительные финалы.

Призраки

Обычно не стоит волноваться по поводу призраков. Они не могут сделать нихрена толкового. Когда твое зрение станет немного острее, ты начнешь замечать их тут и там, но после пары десятилетий, они станут сродни рекламным щитам – если ты и заметишь их вообще, то только исключительно примечательных. Я слышал истории о жертвах, преследующих вампиров, которые не могут четко различать «кормушку» и «мешок для трупа», но со мной никогда ничего такого не случалось.

В дальнейшем я вроде как начал их видеть чаще, хотя и не думаю, что больше призраков могут стать причиной большой беды. Даже тот тайфун в Индии принес больше несчастья. В общем, призраки – последнее о чем стоит волноваться.

Ходячие мертвецы

Иногда призраку по горло надоедает собственная беспомощность, и он находит способ пролезть в своей старое тело. Затем он расцарапывает себе путь из могилы, и начинает охотится за всем, что доставало его при жизни. В основном это выглядит как Бруха, которому не нужна кровь и которому все равно на солнечный свет. Страшная смесь.

Катаяны

Когда европейцы отправились в Китай и Японию, за ними увязались несколько любопытных Собратьев. Насколько я знаю, ни один из них не вернулся назад.

Похоже, в Китае есть «вампиры», но они не такие как мы. Они не Дети Каина. Из того что мы знаем – они гораздо лучше сопротивляются солнечному свету, склонны разнообразно питаться, и их далеко не так много. Тем не менее, свою немногочисленность они компенсируют своим отношением к нам. Они ненавидят нас за то, что мы с Запада так же, как Люпины ненавидят нас за… ну, вообще-то я не знаю никого, кто бы выжил, находясь рядом с Люпином так долго, чтобы узнать, за что они ненавидят нас.

Сейчас в Калифорнии есть группа этих странных типов, которая заставляет застрявших между Камарильей и Шабашем ублюдков из «Свободного Штата Анархов» беспокоиться. Если нам повезет, мы сможем свести Анархов и Шабаш в союз, чтобы Катаяны приняли их за «доминирующую секту вампиров в Америке». Только Каин знает, что это, черт возьми, так и есть.

Единственное наше преимущество перед ними в том, что мы заразны, а они нет. По всей видимости, они не дают Становление, поэтому не воспроизводятся. Это хорошо, потому что дает нам численное превосходство. Это плохо, потому что с самого начала Катаяны пытаются действовать сообща. Они возвращаются из могил с силами, для достижения которых Каиниту понадобятся десятилетия.

Охотники

До меня доходили спутанные сведения о новой, тайной и, что самое главное – могущественной организации смертных. В разных интерпретациях называемые «охотниками» или «современной Инквизицией», они начали не объявленную войну против всех, кто читает заклинания, пьет кровь или меняет форму.

Сначала я не придал этому значения. Я знал нескольких неонатов, которых проткнули колом или сожгли. Такое бывает, но это не трагедия.

Потом я услышал, что у этих «охотников» в запасе есть некие паранормальные силы. Ходили истории о том, как они исчезают на глазах, читают мысли и поджигают вещи голыми руками. Я бы хотел думать, что это была массовая истерия, но сведения были слишком частыми и согласованными.

Аннабель из Ванкувера удалось поймать одного. Она ошеломила его Присутствием, оттрахала ему мозг, привязала его узами крови – в общем все что только можно. Он должен был бы быть готовым убить или умереть за нее с удовольствием, и было похоже на то, что так оно и есть. Она пригласила меня, чтобы я мог посмотреть на него и поговорить с ним лично. К сожалению до того, как я смог туда добраться, все полетело к чертям.

Вот что мне удалось от одного из ее отпрысков, которому удалось выжить. Аннабель хотела поговорить о чем-то с упырем местного анарха. Она не доверяла упырю, поэтому сказала своему «ручному охотнику» быть на чеку и если что предупредить предательство. Он поклонился и казалось, что он ничего так не хотел, как служить и защищать.

В конце концов, Аннабель была достаточно стара и хитра, чтобы какому-то смертному лоху удалось провести ее на банальной лжи, понимаешь? Но как только упырь вошел, ее охотник моргнул, отряхнулся и и атаковал её. У него в руках не было ничего кроме подсвечника, но (опять же, со слов ее дитя), когда он ударил ее подсвечником, ее одежда занялась огнем.

Итак, за какие-то тридцать секунд, привязанный узами человек стряхнул с себя Присутствие Тореадор восьмого поколения и в легко разделался с ней.

Страшно, не так ли? Дальше – больше. Отпрыск смотрел через Прорицание, и его аура была золотой, словно нимб. Никаких подсказок о том, как он разорвал узы, вырвался из-под ее влияния, или обратил обычный кусок металла в горящую смерть.

Классно, да? Что бы не превращало людей в машины смерти, оно очень щедро на дары. В то время как ты или я должны вымаливать разрешение на Становление, кто-то (или что-то), что создает охотников, похоже, может осенить дюжины в одно мгновение. С такими темпами, они численно превзойдут все объединенные Кланы Камарильи лет за пять, и Собратьев всего мира лет за восемь.

Новые силы Дисциплин

Нижеследующие силы – уникальные Дисциплины, возникшие из мастерства Крови могущественных старейшин Тореадор. Персонажи, которые могут изучать или создавать новые силы Дисциплин (Уровня Шесть и выше) могут захотеть овладеть ими или использовать их как основу для исследования своих собственных вариантов. В любом случае, некоторые персонажи Рассказчика могут владеть этими силами.

Язык Лицемера (Шестой Уровень Прорицания)

Персонаж, владеющий этой способностью, инстинктивно понимает, что хочет слышать собеседник (живой или не-мертвый). Если он сможет сформулировать то, чего хочет сам, так, чтобы это звучало похоже на желаемое собеседником, это поможет ему добиться своей цели. Это также дает возможность втереться в доверие к людям или снискать благосклонность. "Язык Лицемера" отличается от «Телепатии» в том, что цели вовсе не обязательно активно думать о том, что она хочет услышать - равнодушный посетитель клуба может обнаружить, что этот навязчивый проситель предлагает ему выполнение тайного желания, а одинокий студент может найти "родственную душу", которая разделяет его мечты.

Система: Персонаж должен провести хотя бы минуту, беседуя с объектом, и сделать успешный бросок Восприятие + Эмпатия (сложность 6). Чтобы персонаж облёк собственную идею в выражения, на которые цель отреагирует благосклонно, в случае, если по какой-то причине Рассказчик не собирается отыгрывает подобную ситуацию, он может позволить игроку сделать бросок Манипулирование или Харизма + Выражение\Expression (сложность 6). Однако подобным образом полагаться на механику следует лишь в крайних случаях - сама суть этой способности социальна, и редко должна определяться кубиками, а не отыгрышем.

Система МЕТ: Язык Лицемера – щекотливая сила в игре с живым отыгрышем, где основные цели – персонажи других игроков. Когда игрок применяет эту способность, игрок персонажа-цели должен серьезно обдумать, что его персонаж хочет услышать, и поработать с использующим способность, чтобы лучше отыграть использование силы. Сложно смоделировать это точно, но игрок-цель должен принять, что его персонаж слышит то, что хочет слышать.

Язык Лицемера сложно правильно правильно применять в МЕТ. Чтобы почувствовать, как сформулировать свою мысль так, как этого хочет цель, персонаж должен провести по крайней мере минуту, разговаривая с целью, и игрок должен сделать Ментальную Проверку против цели. Если проверка успешна, оба игрока решают, как повести разговор с этой точки зрения. Если оба решат отыграть свои роли, тогда игрок персонажа-цели должен благоприятно реагировать и давать советы, которые помогут другому игроку. Если же игроки решат обратиться к механике, тогда игрок, применяющий эту силу, проводит Социальную Проверку против цели. С целью только этой проверки, персонаж с этой силой выигрывает в ничью (?).

Власть Отсутствующего (Шестой Уровень Присутствия)

Некоторые Тореадор научились оставлять «остаточное» Присутствие в сотворенном ими. Художники клана способны наполнять свои произведения определенными эмоциями; территориальные Тореадоры могут оставлять осязаемые метки на своих владениях, благодаря чему те воспринимаются постоянной, неясной угрозой. При использовании данной способности Тореадоры могут пробуждать желаемые эмоции даже у тех, кто не находится в их непосредственном присутствии. Произведение искусства оказывает воздействие на тех, кто его видит, а область, «помеченная Сородичем» резонирует с подсознательными эмоциями. Произведение искусства или область должны быть созданы или украшены в соответствии с эмоциями, которые желают пробудить — иными словами, автор вряд ли сможет вызвать надежду в тех, кто смотрит его графический отчет о зверствах на полях битвы Первой Мировой войны. То есть, Сородич может сделать фотографию истощенного ребенка, которая будет погружать зрителей в глубокую печаль, или украсить свое убежище с такой роскошью, что находящиеся в нем будут сомневаться в собственной значимости.

Система: Персонаж начинает этот процесс, когда принимается за произведение искусства или решает наполнить помещение собственным влиянием. Он должен заранее решить, какую одну эмоцию он желает внушить. Затем игрок тратит пункт крови (которую персонаж смешивает с краской или чернилами, или разбрызгивает по области) и делает бросок Манипулирование + Выражение\Expression (сложность 7). Успех означает, что все, смотрящие на произведение искусства или посещающие область, интенсивно ощущают эмоцию, которую Тореадор желал внушить. Естественно, что лучший способ проиллюстрировать это — отыгрыш; в немалой степени эта способность остается в ведении Рассказчика, а ее эффекты лучше всего выдаются игроками. Рассказчик может и механически «помочь» игрокам, чьи персонажи не реагируют нужным образом на эффекты способности — скажем, не позволять агрессивным персонажам тратить Силу Воли в присутствии барельефа, вызывающего ужас.

Система МЕТ: Как и предыдущая сила, эта основывается только на ролевом отыгыше. Персонажи не будут убегать в ужасе (если только эмоции в комбинации с произведением искусства не произведут должного впечатления), или делать то, что они считают неприемлемым. В таком случае игрок должен описать соответствующую реакцию на Дисциплину с учетом произведения искусства окружения или помещения.

Так же как и в настольной версии Власти Отсутствующего, игрок должен потратить в начале процесса пункт крови и персонаж должен сотворить произведение искусства, или распылить кровь по целевой области, затем провести Постоянную Социальную Проверку против сложности 7 Трейтов. Если успешно, любого персонажа, который видит произведение искусства или заходит в целевую область, охватывает чувство, вложенное в произведение искусства. Игрок должен указать следующую информацию на карточке и разместить ее на видном месте в указанной области: имя Рассказчика, который провел проверку, вложенную эмоцию и объект, над которым была использована сила.

Блаженство (Второй Уровень Доминирования, Третий Уровень Присутствия)

Многие Тореадор утверждают, что их «клановое проклятие» - вовсе не проклятие, а благословение. Те, кто изучают секреты Блаженства – кричат об этом громче всех.

Все Тореадор, взору которых предстает вид или работа великой красоты, склонны впадать в чувственное оцепенение. Этот транс – противоположность омерзительной ярости Зверя. Те, кто знаком с силой Блаженства, могут вызывать прекрасное так же явственно, словно бы оно было рядом, и пользоваться этим как запасом внутренней силы. Память о прошлом счастье служит бастионом против накатывающих бездумных желаний, бешенства и страхов Зверя. Более того, Собрат может накладывать это ощущение удовольствия на других, подавляя в них приступы ярости и бешенства.

Система: Чтобы использовать эту способность, Тореадор должен осознанно войти в транс, просматривая/слушая/созерцая какое-либо творение искусства или красивое явление. Длительность этого транса определяется так: Тореадор сидит, очарованный, пока песня не кончится, или пока не окончен танец, или пока творение искусства не уберут (некоторые поэтому предпочитают использовать эту способность с картинами).

В течение одной сцены, после того, как транс окончен, игрок делает бросок Интеллекта+Выживание. Если бросок успешен, вампир может временно увеличить свой Самоконтроль, Сознательность или Смелость на одну точку. Это увеличение длится до окончания сцены. Сложность броска равняется текущему значению Трейта, умноженному на два: вампир с Самоконтролем 4 должен выкинуть 8, чтобы получить еще одну временную точку в Самоконтроле. Только одна Добродетель может быть повышена в один и тот же момент времени. Более того, источник транса должен соответствовать Добродетели. Созерцая «Клятву Горациев» Давида (Жак Луи́ Дави́д (фр. Jacques-Louis David; 1748-1825) — французский художник, основоположник французского неоклассицизма. Для произведений художника 1780-х годов характерны публицистическая направленность, стремление выразить героические свободолюбивые идеалы предреволюционной эпохи через образы античной истории. Картина “Клятва Горациев” (1784, Лувр, Париж), была воспринята обществом как призыв к революционной борьбе, - прим. переводчика) или слушая первую часть «Планет» Холста (Густав Теодор Хольст (англ. Gustav Theodore Holst; 1874-1934) — английский композитор. «Планеты» (англ. The Planets) Op. 32 — симфоническая сюита сочинённая Холстом в 1914—1916 гг; состоит из 7 частей — по количеству планет Солнечной системы (за исключением Земли), известных на момент написания. Первая часть называется «Mars, The Bringer Of War», в русском переводе обычно «Марс, вестник войны», - прим. переводчика), может повысить Смелость, но никак не Самоконтроль.

Когда Собрат использует «Блаженство», чтобы закалить решимость кого-то другого, для активации силы требуется бросок Смекалка+Экспрессия. В добавок, сложность использования Блаженства на ком-то кроме себя возрастает на единицу.

Провал любого броска Блаженства сказывается потерей одного пункта Силы Воли (минимум 1). Блаженство может быть использовано только Собратьями с Путем Человечности.

Эта сила стоит 14 очков опыта.

Система МЕТ: Подготовка такая же. Персонаж должен войти в транс, созерцая предмет искусства. В течение одного часа или одной сцены после того, как закончится транс, игрок должен сделать Постоянную Ментальную Проверку против сложности, равной удвоенному постоянному значению желаемого Трейта. Если проверка прошла успешно, он может добавить один Трейт к Смелости, Самоконтролю или Сознательности. Одновременно может быть повышен только одна Добродетель.

Когда Собрат использует Блаженство, чтобы закалить решимость кого-то другого, игрок делает Постоянную Ментальную Проверку против сложности, равной удвоенной Добродетели цели плюс один.

Эта сила стоит семь Трейтов Опыта.

Рисунок Души (Четвертый Уровень Прорицания, Второй Уровень Присутствия)

Древнее искусство Тореадор «рисования души», дало побеги в начале 1300-х годов, но с исчезновением (и предположительной Окончательной Смерти) Катерины Монплиерской, считалось, что техника утеряна навсегда. В недавние ночи Катерина вернулась. Восставшая после многовекового торпора, она согласилась научить нескольких достойных учеников искусству рисования портрета души. Некоторые предприимчивые Тореадор адаптировали эти принципы к другим видам выражения, включая музыку, пение и даже актерскую игру.

(Естественно, убедить Катерину взять нового ученика – не простая задача. Предполагаемый ученик должен впечатлить учительницу своими работами, и только обладающие самыми достойными навыками мастерства и достаточной проницательностью получали шанс овладеть этой техникой. Более того, ученик должен согласиться во всем подчиняться Катерине – иногда доходя до того, чтобы делать два глотка по направлению к узам крови. Катерина нашла нескольких, готовых даже на такие условия, и из тех, кто был готов рискнуть, лишь меньшинство оценила как достаточно умелых для того, чтобы обучаться. Другие наставники, возможно, были не столь строги – а возможно и того более).

Искусство долго считалось дверью к душе. Обычно – это душа художника. В этом случае – картина может показать натура изображенного на портрете. Помещенное послание мощно, едва различимо, и – когда успешно – неопровержимо. Ложь не может быть показана Рисунком Души, так что даже художник не всегда знает, что покажет рисунок.

Чтобы создать такой портрет, художник должен исследовать объект на протяжении целого, непрерывного часа, Конечно же, это можно сделать за одну сессию, но (исходя из чувствительной природы портрета) это обычно делается при повторном наблюдении. Смотря не только на мелкие детали внешности и поведения, но так же и на ауру субъекта, художник формирует глубокое понимание. Тем не менее, одного этого не достаточно: художник должен позволить увлечь себя творческому порыву, полностью отбросив все предрассудки, чтобы нарисовать портрет души. Портрет должен рисоваться в едином порыве и прервать художника души во время рисования так же сложно, как и оторвать Тореадор от наслаждения более приземленным искусством. В основном на то, чтобы создать картину, уходит 10-12 часов, хотя более тщательная работа может длиться гораздо дольше – создание Катериной портрета прошлого Архиепископа Монкады заняло более тысячи часов, но завершенный успешно, он открыл по-настоящему интересные вещи.

Система: Игрок делает бросок Манипулирования+Эмпатия (сложность 9). Если бросок набирает хотя бы один успех, картина (или другая работа) отражает Натуру объекта. За каждый дополнительный успех игрок может на выбор показать что-то из ниже перечисленного: примерный уровень Человечности (или Путь, что обычно приводит к созданию не обычной возносящей работы), Силу Воли, Самоконтроль, Сознательность, Греховность, Инстинкты или Смелость.

Любой, кто обладает силой Рисунка Души, может моментально распознать любой намек, скрытый в портрете. Тому, кто не обладает этой силой, может (на усмотрение Рассказчика) потребоваться сделать бросок Восприятия, Восприятия+Эмпатия или Восприятие+Умение (Craft), чтобы «распознать» портрет. Тем не менее, сложность таких бросков должна быть низкой, ведь сама цель этой силы заключается в том, чтобы выразить эти абстрактные концепции.

Заметьте, что сам по себе Рисунок Души не делает творца умелым художником (поэтом, актером и т.д.) – вполне возможно получить небрежно выполненный портрет, который тем не менее, отражает личность объекта. Хотя такой криворукий художник вряд ли удостоится чести научиться этой силе от самой госпожи.

Для изучения этой способности нужно потратить 18 очков опыта.

Система МЕТ: Игрок делает Постоянную Социальную Проверку (по сложности Трейта 9). Если успешно, рисунок отражает Натуру объекта. Игрок может потратить до трех Социальных Трейта, чтобы проиллюстрировать следующие качества (по одному за каждый потраченный Трейт): примерный уровень Человечности (или Путь, что обычно приводит к созданию не обычной возносящей работы), Силу Воли, Самоконтроль, Сознательность, Греховность, Инстинкты или Смелость.

Собратья, владеющие Рисунком Души, могут моментально распознать нарисованное. Тому, кто не обладает этой силой, может (на усмотрение Рассказчика) потребоваться сделать Постоянную Ментальную Проверку против сложности, равной количеству качеств, отраженных в портрете (от одного до четырех Трейтов).

Эта сила стоит девять Трейтов Опыта.

Двойной Разговор (Второй Уровень Прорицания, Первый Уровень Стремительности, Первый Уровень Затемнения)

Двойной Разговор – фокус, пронесенный Тореадор через столетия, если не тысячелетия. В сравнении с другими способностями вампиров, такими как призыв к нечестивым силам превращения в туман, он не так впечатляюще выглядит, но у него есть свое применение. Когда Тореадор использует Двойной Разговор, он говорит между обычными словами целое предложение очень быстро и мягко. Для большинства слушателей, это может прозвучать как обычное речевая вставка, на подобие «ах», «кхм» или «хммм…». Кто-нибудь, кто знаком с этой силой, и знает, что слушать, может услышать сказанное спрятанное предложение. Настоящие мастера этой способности могут вместить целые монологи в одно прокашливание.

Это не один из самых великих, глубинных секретов Клана: некоторые Тремер или Малкавиан так же овладели техникой и могут использовать ее, слушая или используя в разговоре. Тем не менее, это очень полезно – иметь возможность вести тайный разговор, совсем незаметный для посторонних.

Система: Когда персонаж прислушивается к такому разговору, игрок делает бросок Восприятие+Хитрость (сложность 5). Если бросок успешен, персонаж может услышать, что было сказано (эта сложность может быть модифицирована в зависимости от различных условий – гораздо сложнее услышать это по телефону или в шумном месте). Неудача означает, что персонаж ничего не услышал. Провал означает, что персонаж понял все совершенно неверно.

Когда персонаж говорит, игрок бросает Интеллект+Экспрессия (сложность 6). Если бросок успешен, персонаж может незаметно вставить сжатую фразу в свой разговор. Неудача означает, что игрока не поняли. Провал означает, что персонаж сказал свою фразу громко и с нормальной скоростью.

Эта сила стоит 10 очков опыта.

Система МЕТ: Когда их персонажи используют Двойной Разговор, участвующие игроки должны подать сигнал рукой, чтобы дать понять, что было сказано нормально, а что произнесено тайно. Например, потирайте мочку левого уха левой рукой, чтобы показать, что то, что было сказано, отличается от того, что слышат владеющие Двойным Разговором.

Когда персонаж слышит Двойной Разговор при общении, игрок делает Постоянную Ментальную Проверку (сложность 5 Трейтов). Если удачно, игрок слышал, что было сказано. Неудача означает, что он ничего не слышал.

Когда персонаж общается с помощью Двойного Разговора, игрок делает Постоянную Ментальную Проверку (сложность шесть Трейтов). Если удачно – игрок может незаметно вставить Двойной Разговор в общение. Неудача означает, что его не поймут. В обоих случаях, необходима одна проверка для всего последующего разговора.

Сила стоит пять Трейтов Опыта.

• Обсуждение рукописи на нашем форуме.