– Иезекииль 38:7

Из дневника доктора Карлтона ван Вика

2 октября, 1999

Сегодня произошёл исключительный случай, даже по необычным стандартам моих расследований. Похоже, у меня было откровение иного рода, хотя я стесняюсь использования такой нагруженной религиозным смыслом терминологии.

Я преследовал #11, мой текущий объект. Он заехал в аптеку, и я ожидал снаружи, уверенный, что он вернётся к своему транспортному средств у. В прошлом #11 оказывался, к моей досаде, способен ускользать от меня, когда замечал преследование, и я твёрдо вознамерился держаться от него как можно дальше позади. Однако когда я услышал шум внутри аптеки, то осторожно приблизился.

#11 почти натолкнулся на меня, когда выходил из двери. Люди внутри кричали, но несколько человек преследовали его. (Позже я узнал их имена: Джаред, «Лиф» и «Окен»¹.) Для меня важно запечатлеть свои впечатления сейчас, пока они свежи в моей

Для меня важно запечатлеть свои впечатления сейчас, пока они свежи в моей памяти. Я видел #11 таким же, как видел его прежде: ходячий труп с дряблой, мертвеннобледной кожей и мучнистой гнилью в глазницах. Вскоре стало ясно, что я, наконец-то, был не единственным, кто воспринимал его так.

Существо передо мной больше всего напоминало сложную оптическую иллюзию: на одном уровне я различал форму, которую я созерцал обычно – бледный молодой человек с «конским хвостом» и мрачным видом. Но в то же время я видел разлагающуюся плоть, перемежаемую гниющими дырами, которая проявлялась передо мной благодаря лишь слабому усилию. Не было ни мерцания, ни перекрытия – ничего похожего на фотографии с двойным экспонированием.

Столкнувшись с #11 в таких незапланированных обстоятельствах, я невольно выпалил вопрос, мучивший меня уже долгое время: «Что ты такое?»

Ответом #11 были прозаичное «Иди на хер!» и попытка разорвать мне лицо своими ужасными ногтями. Я отпрянул, выхватил свой пистолет и выстрелил.

Затем я увидел нечто по-настоящему удивительное. Худой чернокожий мужчина (Джаред), обоими руками державший, похоже, большой раскалённый металлический прут, бросился через дверной проём и ударил #11 сзади. Полноватая женщина («Лиф») и её румяный спутник («Окен») следовали за ним вплотную.

Характерно, что #11 едва обратил внимание на рану от пули или удар светящимся прутом. Затем он сделал странный, почти экспрессивный жест. После этого вокруг него показалась странная тьма без каких-то источников, отекавшая его подобно туману из чернил. Окружённый этой тенью, он побежал к своей машине. Я ещё раз в него выстрелил и попал, в то время как Джаред закричал: «Куда оно пошло?»

«Разве вы не видите? Та Эль Камино – это его машина!»

Существо пыталось достать ключи из своего кармана. Джаред, размахивая прутом, двинулся к нему. Я вытащил прицел, когда Окен крикнул: «Не стреляй!» и положил свою руку на мою. Тогда я предположил, что он беспокоился о том, что я попаду в Джареда. #11 открыл дверь свой машины, и, увидев это, Джаред снова его ударил – скользящий удар не попал по существу, но, тем не менее, разбил окно машины. #11 оттолкнул Джареда с чудовищной силой и захлопнул дверь. Я снова выстрелил и промахнулся.

«Что это за тварь?» – спросила женщина.

«Нет времени объяснять!» – прокричал я, бросившись к своей машине и продолжая стрелять в #11. Я не попадал в него.

Забравшись в машину, я смог услышать вой сирен вдали. Я пытался вставить ключи в замок зажигания, когда услышал стук в окно. Джаред смотрел на меня широко раскрытыми глазами.

«Ты знаешь, что это за тварь?» – крикнул он. Я кивнул.

«Тогда я еду с тобой» – заявил он. Потратив на обдумывания всего мгновение, я разблокировал двери машины. Он запрыгнул на заднее сиденье, и мы отправились в погоню, оставив позади Лиф и Окена. К сожалению, #11 вновь доказал свою неуловимость. Я приехал к его жилью, но его машину там не обнаружил.

Наша поездка предоставила Джареду и мне возможность познакомиться, после того, как мы немного успокоились от волнения, вызванного непосредственной опасностью. Джаред сообщил мне, что он бармен. Не желая делиться утомительной правдой, я сказал ему, что я врач-консультант. Мы обменялись номерами, и он без обиняков спросил меня: «Что это, блядь, за гниющая тварь была?»

Я объяснил, что #11 соответствует в какой-то степени поведению и способностям мифических «зомби» или «призраков». Он затих на мгновение, а затем сказал, что если бы он этого не видел, то не поверил бы. Я полностью согласился.

Когда непосредственная опасность минула, Джаред, похоже, переосмыслил свою поспешную отвагу. Он спросил, вернётся ли «тварь» к своему дому. Я объяснил, что она, судя по всему, обладает некой привязанностью к этому зданию, и часто остаётся здесь на ночь, когда травмирована. Я добавил, что она не проявляла нужды во сне, и рассказал ему, что как-то раз преследовал её 72 часа без перерыва (в то время, как оно уезжало в Индиану и убило тех двух подростков). Он спросил, как ей удалось исчезнуть на парковке, и как я смог её увидеть. Я ответил, что не знаю.

Должен признаться, что до этого момента я надеялся, что встретил другого исследователя оккультного. Я давно боялся, что являюсь единственным таким. Я предположил, что моё преследование не-обычных существ позволило мне развить иммунитет к их особым способностям. Если Джаред был аналогичным исследователем, это бы объяснило и его иммунитет, но это было не так.

Его история была такова: Он зашёл в аптеку, чтобы купить пачку сигарет (он попросил закурить в моей машине и возмутился, когда я сказал нет). Внезапно он услышал голос, «словно из ниоткуда», произнёсший: «Оно не живёт». Он огляделся и осознал, что человек, стоявший в ряду касс за ним, был ходячим трупом. Похоже, больше никто в магазине не видел эту тварь, кроме «тех двух толстых хиппи». Все остальные разбежались, когда вспыхнула «битва»

Женщина, стоявшая за #11, спросила его, всё ли с ним в порядке (похоже, считая, что тот ранен). Он отшвырнул её, и бывший с ней мужчина встал между женщиной и тварью. Джаред увидел достаточно. Поскольку #11 повернулся к нему спиной, чтобы напасть на женщину, Джаред попытался схватить его. Тварь вырвалась из хватки и сбежала, натолкнувшись на меня в проёме. Я спросил Джареда о сияющем металлическом пруте. Он понятия не имел, откуда тот возник. Он сказал, что прут чувствовался горячим, но не обжигал. Он «просто появился».

Нетерпение Джареда всё больше росло: Он не хотел выходить из моей машины, чтобы покурить, но он, казалось, не был готов спокойно ждать. В итоге он предложил вернуться в аптеку. К этому моменту я вполне был рад расстаться, так что я согласился.

Полиция всё ещё была в аптеке, допрашивая людей. Глаза Джареда сузились, когда он увидел их. Он предложил мне высадить его на углу. Когда он понял, что я намереваюсь снова войти в магазин, то сказал: «Просто веди себя спокойно. Действуй так, словно просто покупаешь себе сигареты или что-то вроде». При другом настроении меня бы позабавило то, как он самонадеянно учит меня, как избегать нежеланного внимания полиции. Но на тот момент меня это просто раздражало.

Я уже зашёл в аптеку, когда увидел, что «два толстых хиппи» всё ещё были там. Женщина говорила офицеру что-то о «тяжело раненом человеке, начавший буйствовать, когда к нему обратились». Мужчина осаждал одного из офицеров и спокойно объяснял, что его жена находится под огромным давлением. Я пытался услышать, что происходит, но в этот момент полисмен встал передо мной, закатил глаза и спросил: «Ладно, а что у тебя за история? Жестокое ограбление со множеством выстрелов, но в котором никто не был ранен, или ходячий мертвец и чёрные парни с горящими мечами?»

Я посмотрел на него, словно я был в замешательстве, и сказал: «Вообще-то, я просто пришёл сюда за новой телепрограммой. На старую вырвало мою кошку».

Он рассмеялся и кивнул. За ним я увидел мужчину хиппи, смотрящего прямо на меня. Он кивнул, и я еле заметно кивнул в ответ.

Скрывшись в проходе с журналами, я огляделся. Никого не увидев, я вытащил банкноту из кошелька и написал на ней свой телефонный номер. Я заплатил за телепрограмму и остановился завязать шнурки, пока полиция уезжала. Женщина всё пыталась объяснить им, что она видела, и их попытки успокоить её становились всё короче и фальшивее. Она следовала за ними до парковки, её муж шёл за ней. Когда полиция уехала, я подошёл к ним и протянул банкноту.

«Похоже, вы уронили», – сказал я.

Женщина пристально на меня посмотрела прищуренными глазами. Мужчина глядел более открыто и спокойно, и он взял деньги.

«Я доктор ван Вик», – представился я.

«Я Окен, – сказал он. – Это Лиф».

Они ушли. Я проехал мимо дома #11. Машины по-прежнему не было. Я подождал три часа, погружённый в мысли и озадаченный. Я пришёл всего к двум предварительным выводам: возможно, я теперь вижу мир так же, как моя добыча, и, возможно, я больше не один.

Правда о «Наделённых»

Друзья мои, мы – часть самого злого и преступного заговора в истории человечества. Мы немногие оставшиеся инструменты режима зла, и члены его ослабленного руководства используют нас для защиты и увеличения своей власти.

В 1950 ЦРУ запустило Проект СИНЯЯ ПТИЦА – исследовательский проект по использованию наркотиков и гипноза для контроля над разумом. В 1952 СИНЮЮ ПТИЦУ заменил АРТИШОК, и в 1953 проект достиг своей финальной формы МКУЛЬТРА. Согласно большей части докладов, ЦРУ не довело до совершенства контроль над разумом – оно лишь многое узнало об изменении восприятия и воспоминаний людей.

В 1954 Джеймс Хесус Энглтон стал руководителем контрразведки в ЦРУ. Он работал в этой должности 20 лет, и большую часть своего срока пребывания он был уверен, что ЦРУ было значительно скомпрометировано КГБ. Несколько советских перебежчиков поддержали его подозрения о кроте, известном лишь под именем «Саша» – агенте КГБ, работавшем в ЦРУ – и у которого было как минимум такое же влияние, как у самого Энглтона!

В то же время КГБ был занят исследованием случаев экстрасенсорного восприятия, телекинеза и других «психических» способностей. Несколько источников сообщают, что СССР сотрудничал с Красным Китаем – и благодаря этому сотрудничеству, у него был доступ к самой большой численности населения на Земле. Даже если психические способности редки по своей природе, даже если они есть только у одного из миллиона, то в Китае есть возможность найти 2000 прирождённых экстрасенсов для этих исследований.

Я не верил в чтение мыслей, телекинез и всякое такое, но, опять же, я никогда не видел раньше ходячий «труп». Литература о психических способностях полна вещей, которые покажутся нам знакомыми: воспламенение предметов или разрушение их без прикосновения, изменение поведения другого человека простым усилием воли, заглядывание в будущее, прошлое или далёкие места.

После всего увиденного нами, разве так сложно будет поверить, что мы экстрасенсы? Не думаю. Во что действительно сложно поверить, так это в то, что у множества экстрасенсов способности заработали одновременно – и только в присутствии какого-либо «монстра».

Более вероятно то, что нас всех подтолкнули к становлению экстрасенсами – возможно, с помощью наркотиков, тренировок или хирургии – причём, вероятно, в детском или подростковом возрасте. В конце концов, сколько самому старому наделённому – 50, 60? То есть им было лет 10, когда все эти проекты только начинались. Ещё молодой и податливый разум, только и ожидающий улучшения – и обработки.

Это то, что, как я считаю, произошло с нами. Нас сделали экстрасенсами, и нам промыли мозги, чтобы мы игнорировали наши силы. Выпущенные в «нормальное» общество, мы стали легионом спящих агентов, ожидающих соответствующих команд на использование способностей ради наших хозяев.

Проблемой (с их точки зрения) было обеспечение верности и покорности. Даже МКУЛЬТРА не преуспел в этом. Им не удалось сломать свободную волю. Они смогли обмануть наши чувства и заставить нас видеть всё, что захотят, но наши решения оказались им неподконтрольны.

Но в действительности, не так уж сложно манипулировать кем-либо, если ты можешь контролировать то, что он видит. Хотите, чтобы ваш спящий солдат-экстрасенс нанёс «удар» по известному бизнесмену, связанному с ЦРУ? Это просто: всего лишь измените восприятие. Всего лишь заставьте бизнесмена выглядеть как монстр. Ваш солдат-экстрасенс, охваченный отвращением и страхом, набрасывается на него – и даже если он будет убит или пойман, не останется никаких следов, которые приведут к его настоящим хозяевам.

Сейчас, когда СССР распался, вы, без сомнений, слышали, как люди беспокоятся о попадании ядерного оружия в руки террористических наций. Но представьте, что вы Иван из КГБ, и вы получили управляющие коды для штата американских спящих агентов – граждан США, неосведомлённых о своей истинной природе, и вооружённых ужасными экстрасенсорными способностями. Что вы будете с ними делать? Продадите их тому, кто предложит наивысшую цену? Отомстите народу, разрушившему вашу «Коммунистическую утопию»? Воспользуетесь ими для своих защиты и обогащения? С ума сойти – но это, друзья мои, и есть правда, стоящая за «Посланниками» и «существами», за которыми нам предполагается охотиться.

7 октября, 1999

У меня не было времени на то, чтобы писать – и едва хватало времени на то, чтобы думать – но теперь моё выздоровление заставило меня отдыхать и дало возможность для интроспекции.

Встреча с Джаредом и другими двумя одновременно обнадёжила и обеспокоила меня. Раньше я никогда не склонялся к такому возможному объяснению, как моё сумасшествие. Как ни странно, только теперь я начал рассматривать возможность того, что я оказался вовлечён в своего рода массовую истерию.

Но в итоге я почувствовал то же, что и всегда – что я должен доверять своему восприятию. В течение нескольких коротких дней после встречи в аптеке я встретил ещё два экстранормальных объекта – человекоподобные существа, которые, похоже, не были видимы или осязаемы для обычных людей. Я начал вести блокноты #12 и #13 соответственно.

Вероятно, ещё более важно то, что Джаред связался со мной. Вначале он подозревал, что его психическое здоровье разрушилось (определённо разумное подозрение), и он позвонил мне, чтобы убедить в том, что виденное им случилось на самом деле. Я описал ему события в аптеке после нашего разделения – включая допрашивавшего меня полицейского – чтобы убедить его в случившимся. Он рассказал, что с тех пор был не в своей тарелке, не находил себе покоя – и уверил меня, что, хотя обычно он был «спокоен», его мысли постоянно возвращались к объекту #11 и его дому. Он предложил взглянуть нам на него.

Оглядываясь назад, я нахожу это любопытным. Откровенно говоря, Джаред произвёл на меня впечатление последнего человека, который бы стал участвовать в каком-либо походе ради знаний или «блага человечества». Он обычный, немотивированный, апатичный работяга со спутанным мышлением. Следует признать, что лицезрение #11 во всём его гниющем великолепии может выбить человека из колеи, но более «разумные» объяснения – ошибка, трюк, вызванные наркотиками воспоминания, алкогольный делирий? – наверняка были бы более привлекательны для человека, который заинтересован в том, чтобы вещи были тем, чем они выглядят. Но Джаред не отступил в иллюзию. Он выбрал неприятную правду вместо удобной лжи. Возможно, в нём есть больше, чем кажется – но если нет, то откуда он получил эти любопытство и рвение?

Я подобрал Джареда у его дома – неухоженного многоквартирного дома, часто упоминаемого в газетной сводке преступлений. Он был недалеко от логова #11. Когда мы прибыли, мы увидели транспорт #11 под навесом. Джаред сразу же разблокировал свою дверь и начал выбираться. Только тогда я почуял запах виски в его дыхании.

«Что вы делаете?» – спросил я. Он повернулся ко мне. Его глаза были широко раскрыты и блестели. «Я собираюсь надрать чью-то задницу», – сказал он хриплым, но различимым голосом. Я сказал ему не глупить – мы должны подойти к делу с осторожностью. Он ухмыльнулся, и когда он снова заговорил, его речь была смазана – непонятно, то ли от выпивки, то ли от врождённой плохой дикции.

«Хорошо, вот что мы сделаем: я позвоню, затем обегу эту сторону дома. Ты останешься здесь и будешь следить за дверью через свой грёбанный бинокль. Затем я вернусь сюда и сверюсь с тобой. Если эта тварь здесь, мы сможем прокрасться и напасть на неё. Если её нет, мы сможем прокрасться и дождаться её».

«Джаред, я какое-то время наблюдал за ней. Что заставляет вас думать, что мы переживём прямое столкновение?»

«Твою мать, если ты смог выжить, то и я, блядь, смогу, а если каждый из нас может, то это значит, что мы можем. Кроме этого, ты слышал того копа. Я ниггер с пылающим мечом».

Он не стал дожидаться моих аргументов и отправился к двери. Я, примирившись, сделал, как он просил. Как оказалось, никто не открыл дверь к тому времени, как он вернулся – должно быть, он обошёл квартал. Я не видел его, поскольку высматривал #11.

«Замки новые, но сзади есть сломанная сетка. Мы можем войти».

Я заметил, что, если он ушёл пешком, то, скорее всего, скоро вернётся. Следуя идеально закрученной логике, Джаред решил, что тогда нам тем более следует поторопиться. Не желая позволять новичку столкнуться с #11 в одиночку, я с неохотой отправился в логово существа.

С умением и уверенностью, которые бы обеспокоили меня при других обстоятельствах, Джаред впустил нас в дом. Он следил за передней дверью, тогда как я присматривал за задней, с пистолетом в руке. По предложению Джареда я также вооружился доской в качестве самодельной дубинки.

Эти куски пиломатериалов были разбросаны по всему двору. Дом казался практически заброшенным. Я надеялся подробно исследовать территорию существа, но не до такой степени, чтобы поставить под угрозу нашу засаду.

Я думал, что хорошо скрылся в тенях коридора, пока осторожно целился в заднюю дверь, но #11 каким-то образом заметил меня даже через грязное окно задней двери. Он сразу же пригнул голову и рванул к углу дома. Я криком предупредил Джареда, побежавшего ко мне. Я жестом показал ему вернуться, но он не знал, насколько быстро может перемещаться #11. Раздался грохот, когда тварь прыгнула через окно и схватила его. Джаред оказался на полу, его коричневое лицо потемнело, когда пальцы #11 сомкнулись вокруг его шеи. Я подошёл и приставил пистолет к голове #11, но его рука взметнулась с такой скоростью и силой, что пистолет вылетел из сломанных пальцев. Я закричал, но чтобы ударить меня, твари пришлось выпустить Джареда. В его руках появился светящийся меч – и, хотя в этот раз я присутствовал, я не могу чётко рассказать о его образовании. Он погрузил его в живот #11.

Существо отпрыгнуло, его рубашка тлела от жара таинственного оружия Джареда – но при всём этом, раны оставили его равнодушным. Джаред яростно размахивал своим оружием. Существо уклонилось с исключительной скоростью, за чем последовал жестокий удар в челюсть Джареда. Удар свалил его, но к тому времени я схватил свой пистолет и выстрелил в существо левой рукой. Не знаю, попал я в него или нет. Оно приблизилось ко мне, сцепило руки в двойной кулак, и одним ударом сбило меня с ног. Я ясно помню различимый щелчок, раздавшийся, когда моя нижняя челюсть отделилась от височной кости.

«Кто вы? Почему вы меня изводите?» – потребовал объяснений #11 (вопрос, который теперь мне представляет крайне ироничным, учитывая наши взаимные состояния в то время). Я лишь улыбнулся, так как видел, как сзади твари ковылял Джаред. Чтобы скрыть шум от приближающегося Джареда, я засмеялся. То есть, я начал смеяться, но перешёл к крикам, когда усилилась боль от смещённой челюсти. Но моё веселье было настоящим: видеть ярость и изумление на лице #11 и заносившего сзади него клинок Джареда было для меня чрезвычайно забавно.

«Иди на хер, сука!» было боевым кличем Джареда, когда он разрезал существо – почти пополам, словно он раскалывал бревно. #11 упал на пол, и Джаред рубил его, словно обезумевший лесник, заставив пол загореться в нескольких местах. Я пытался остановить его – тело такого существа было бы ценным для исследований – но моя смещённая челюсть мешала мне. Когда он закончил, на полу оставались только обломки костей, масса плоти и опалины на досках. Он шагнул назад, тяжело дыша. На его правой скуле формировалась массивная гематома. Только после нескольких судорожных вдохов он посмотрел на меня, и его глаза расширились.

«Твою мать, чувак, как ты это делаешь?»

Я не сразу понял, о чём он говорит, но с тех пор я неоднократно наблюдал это явление. Порезы на моих в пальцах в тех местах, где спусковая скоба разорвала кожу, явственно закрывались. Синяки на моём лице спадали прямо на его глазах.

Каким-то образом ему удалось довезти меня до дома, где я заполнил себя лекарствами и охладил челюсть до такой степени, чтобы суметь вставить её на место – мучительный процесс, даже несмотря на лёд, противовоспалительные, новокаин и, каким бы он ни был, неестественный процесс заживления, действующий в моём теле. Насчёт него не было никаких сомнений: мне явно стало лучше к тому времени, как мы добрались до дома. Всего за несколько дней восстановления я поправился так, словно провёл несколько недель в госпитале.

Похоже, мои новые дары не ограничиваются одним вторым зрением, как я вначале считал. Раны Джареда, хотя и были намного менее тяжёлыми, исцелялись с нормальной скоростью. Однако, он сообщил мне, что во время нашей борьбы с #11 он почувствовал покалывающее ощущение в руках, когда наносил последний удар. У меня нет никаких догадок по поводу того, на что это указывает.

(Позже.)

Только что перечитал свои первоначальные впечатления. Теперь внимание на себя обращает вопрос существа ко мне. По-видимому, даже неестественные существа, которых я замечаю, не понимают произошедшей со мной перемены. Я стал тайной даже для тайн?

11 октября, 1999

Поразительно! Последние остатки боли в моей челюсти исчезли этой ночью. Что ещё более поразительно: со мной связались «Лиф» и «Окен». Я спросил, почему они ждали так долго, прежде чем связались со мной, и они указали, что их отпугнули мои первоначальные «кровожадные» действия. Я уверил их, что у меня были достаточные доказательства зловредности этого существа, и предложил встретиться для более подробного обсуждения. Они согласились.

Мы встретились в кофейне, где эти двое рассказали о себе чуть подробнее. Они работают вместе на дому верстальщиками веб-страниц. Кроме того, Окен занимается «контактной терапией», чем бы оно ни было, а его жена управляет независимой фирмой, занимающейся керамикой.

Инцидент в аптеке, естественно, оставил их крайне растерянными. Я выразил своё сочувствие и рассказал, что узнал о неестественных существах несколько месяцев назад, когда объект вскрытия поднялся и попытался укусить меня за горло. Я осторожно рассказал о том, как услышал голос, подобный моему собственному, сказавший, что это существо было просто неправильным. Это было для меня достаточно наглядно. Затем я осмелился рассказать, что я видел других существ и начал слежку, но до сих пор не встречал других с таким же опытом. Они были надлежаще впечатлены и хотели знать больше.

Они рассказали мне, что у них «было видение» тёмной, похожей на летучую мышь фигуры, убивающей кого-то в переулке рядом с их домом. Когда они пришли в этот переулок, оказалось, что они на самом деле прибыли раньше этого события, которое произошло во многом так, как в их видении – за исключением того, что из-за их присутствия нападение прервалось до того, как оно, в сущности, началось. Я спросил, преследовали ли они или задержали напавшее существо, и они ответили отрицательно.

Всё любопытнее и любопытнее. Если я считал Джареда маловероятным кандидатом на «исследователя скрытых истин», то это только потому, что у меня не было долгого разговора с этой парочкой. Джаред был, по крайней мере, практичен. Подозреваю, что до нашего инцидента в аптеке он редко задумывался о мире метафизики. В то же время, Лиф и Окен приложили немало усилий к убеждению себя в том, что огромная, стонущая куча эзотерических нечистот правдива (или возможно правдива). Хотя это даёт им основу для подхода к увиденному, я опасаюсь, что именно она почти наверняка приведёт их к неверным, сентиментальным и крайне субъективным выводам. Так, осторожно манипулируя нашим обсуждением, я выяснил, что они не уверены насчёт того, какие действия надлежит предпринимать по отношению к неестественному. Лиф была явно напугана тем, что #11 напал на неё, но я подозреваю, что они оба будут в какой-то степени «мягкими», когда дело дойдёт до действий, которые необходимы, если мы собираемся получить какое-либо реальное знание об этих существах. Однако, у меня есть их адреса электронной почты и номера телефонов, так что мы сможем поддерживать связь, если это нам понадобится. В порядке вежливости я пригласил их присоединиться ко мне и Джареду для исследования #14 в его естественной «среде обитания» сегодня вечером, до начала смены Джареда в его таверне.

---

Дневник Альберто Ферарре

Консепсьон не выглядела похожей на монстра. Она была бледной, даже для белой, но её губы были обветренными, её ногти были потрескавшимися, а глаза – неуверенными и испуганными. Если бы я не видел дьявола внутри неё, я бы не догадался. Но я видел. Под взглядом Христа на вершине Корковадо я видел отпрысков дьявола за работой.

Я не сразу завоевал её доверие, но её человеческая душа была всё ещё сильна – всё ещё способна сражаться со злом, помещённым внутри неё. Она рассказала, что её забрало существо, восхищавшееся её скульптурами – что этот мужчина зачаровал её дьявольским колдовством и заставил выпить его развращающую кровь.

Она также рассказала мне о голоде – жажде крови и чужих страданий, которые завели её к лачугам фавелы на склоне горы. Она знала, что здесь будут жертвы, по которым никто не будет скучать. Вопреки её воле, её мнению, её чувству справедливости она охотилась на самых несчастных из бедняков Рио. Она сказала, что голод сделал её монстром, так же как и всех остальных.

Я был тем, кто сказал ей «нет».

Ты не такая, как остальные, сказал я. Ты знаешь, что то, что ты делаешь – неправильно. У тебя по-прежнему есть человеческая душа, и, пока она у тебя есть, ты можешь покаяться. Пока ты можешь покаяться, тебя можно спасти.

Со временем она согласилась.

Мы сняли номер отеля для изгнания её демона. Так казалось безопаснее: её дом был известен её роду, и я надеялся сохранить свой секрет от него. Клерк неприлично подмигнул мне. Да, чёрный мужчина регистрируется в отеле вместе с белой женщиной, наверняка он подумал, что знает, чем мы собираемся заняться. Но откуда ему было знать о Божьем промысле? Откуда ему было знать о Поцелуе Христа?

Когда мои губы закрылись на её губах, я смог почувствовать прокисшую, грязную кровь внутри неё – украденные средства существования, питавшие её внутреннего демона. Я втянул её в себя, глотнул, и после этого почувствовал, как кровь греха превращается, пресуществляется в моих венах в Кровь Агнца. Сила Христа нарастала внутри меня, наполняя меня радостью, с которой не сравнится блаженство ни одного смертного поцелуя.

Демон, конечно же, боролся. Консепсьон настаивала, чтобы я привязал её к стулу ради моей собственной безопасности. Она знала, о чём говорила. Её демон проклинал меня и богохульствовал, его глаза были красными, словно раскалённые угли, а его клыки врезались в её собственные губы, но он был не ровня для мощи Господа. Всего одним словом – приказом, подкреплённым силой живого слова – я сломал его ярость и оставил съёжившимся от страха.

Консепсьон выглядела плохо. Её щёки впали, и даже её губы были бледными.

«Я голодна», – сказала она жалобно. – «Ты не представляешь, насколько я голодна».

Я предложил ей голод и жажду справедливости.

«Прошу», – сказала она, после чего замолкла.

Я спросил её, хочет ли она, чтобы я продолжал – действительно ли она желает спасения во Христе. Дрожа, она кивнула. Закрыв глаза, она запрокинула голову, её рот слегка приоткрылся.

Я поцеловал её во второй раз, и теперь извлёк последние остатки испорченной крови.

Когда я открыл свои глаза, её глаза были тоже раскрыты. Её рот двигался, но из него не исходило ни звука.

Я надеялся, что она будет жить. Христос не дал мне такой силы. Но я спас одну душу от проклятия, и это достаточно чудесно для меня.

---

(Позже.)

Вечер был, мягко говоря, интересным. #14 был тем, что я назвал «невидимкой» – существо, которое не способны увидеть обычные люди. Он относился к повторителям, нескончаемо проделывающим набор движений, аd infinitum.

Вначале остальные не могли воспринимать #14, из-за чего я чувствовал себя раздражённым (и немного глупо). Затем Лиф сделала кое-что неожиданное: она произнесла странным голосом: «Пусть свет прольётся на него». С возгласом удивления Джаред и Окен уставились на #14. Даже для моих глаз фигура существа казалась чётче и плотнее. Но это сложно определить точно. Это могло быть ошибкой наблюдателя, вызванной реакцией моих коллег. Я спросил Лиф, как она это сделала.

«Я просто знала, – сказала она. – Разве вы это не чувствуете? Разве вы не чувствуете окружающую нас сейчас живую силу?»

Я ничего подобного не чувствовал, но Джаред сузил глаза, подошёл к существу и положил руку «на» него – я сознательно использую это слово, поскольку невидимки, похоже, также полностью неосязаемы. Он убрал руку, и мне показалось, что я смог увидеть дымный след в воздухе, словно существо испускало слабый дым в той точке, где Джаред коснулся его. Когда оно шло, след тянулся за ним.

«Вот, – сказал он, его голос представлял собой своеобразную смесь удовлетворения и замешательства. – Ублюдок не уйдёт от меня снова».

«Что ты имеешь в виду под «уйдёт от меня»? – спросил Окен. – Оно никуда не уходит, ничего не делает и никому не вредит».

«Откуда те знать? То, что мы не видим, как оно что-то делает, не значит, что оно ничё не будет делать» – сказал Джаред. Несмотря на его покорёженную грамматику, я счёл его замечание проницательным и согласился с ним.

«Именно. Воспринимая лишь видимую вершину айсберга, невозможно сказать, насколько большую опасность он представляет для проходящих кораблей».

«Погодите! Что ты с ним сделал?» – спросила Лиф.

«Разве вы не видите?» – сказал я. Окен закатил глаза.

«Опять всё сначала», – прокомментировал он. Джаред улыбнулся.

«От тебя мало что скроется, а, док?»

«Я вижу дымный, нечёткий след. Что видишь ты, Джаред?»

Он нахмурился. «Я чётко вижу его, док. След из дыма, как которые рисуют самолёты в небе».

И Лиф и Окен заявляли, что они ничего не видят. Я спросил их, откуда они узнали, как активировать эти новые способности.

«Разве ты не чувствуешь присутствие?» – спросила Лиф. Конечно же, не считая #14, я ничего не чувствовал.

«Ты упоминал айсберг, док. Думаю, вещи, которые мы до сих пор сделали, могут быть всего лишь началом», – произнёс Окен.

Возникла короткая пауза, и я попытался вернуть контроль над делом. «Пока что это было весьма просветляюще. Я надеюсь, что мы этим вечером мы узнаем ещё больше».

«Ты пытался поговорить с ним?» – спросил Окен. Я уверил его что да, пытался, много раз и без заметного эффекта. Я изложил свои убеждения в том, что это своего рода остаток энергии – не более «живой», чем картина или кинофильм.

«Я установил, что оно не обращает внимания на небольшие движения, – сказал я, просунув руку через него для демонстрации. – Однако, более интенсивные движения, похоже, разрушают или дезорганизуют его». Произнеся эти слова, я резко провёл сквозь него рукой. Лиф и Окен ахнули, когда фигура исказилась вокруг моей руки и восстановилась – но с небольшой щелью сбоку, с зазубренными краями из разорванной материи.

«Обратите внимание, что его выражение и действия не изменились: не думаю, что восприятие или интеллект смогли сохраниться».

«Как ты можешь быть в этом уверен? – прошептала Лиф. – Оно может всё чувствовать и осознавать – может быть таким же умным, как ты или я! Кто ты такой, чтобы судить?»

«Мы не можем быть уверены в том, что оно ничего не чувствует – как мы не можем быть уверены в том, что у моркови нет высокоразвитого интеллекта, и что турнепс не кричит телепатически, когда его вытаскивают из земли. Мы должны использовать бритву Оккама и принимать самую простую теорию, в которую вписываются факты: если оно никак не проявляет то, что оно что-то замечает, нам следует предположить, что оно не замечает».

«Но оно не похоже на турнепс, – обиженно сказал Окен. – Да вы посмотрите на него!»

«Согласен, оно не похоже на турнепс. Вы можете увидеть турнепс невооружённым глазом, коснуться его, подержать в руке. В этом отношении турнепс гораздо больше похож на нас, чем это существо».

«Я не согласна с этим, – сказала Лиф. – Откуда бы оно ни взялось, чем бы оно ни было, оно выглядит как человек. Ты действительно думаешь, что это просто спонтанно произошло? Что оно случайно приняло человеческий облик? Как бритва Оккама справляется с этой теорией?»

«Я не отрицаю, что здесь практически бесспорно есть тесная связь между этим образом и человеком, но также есть связь между человеком и изображением человека на телеэкране. Это ни в коей мере не делает их одним и тем же».

«Я не буду участвовать в твоих "тестах"».

Я оказался в затруднительном положении, но перспектива потерять Окена и Лиф – которые уже раскрыли новые способности – явно была опаснее, чем потеря всего, что я мог бы получить от #14 этой ночью. Я склонил голову и разыграл покаяние.

«Простите. Возможно, вы правы. Просто…существа вроде этого пытались лишить меня жизни. То существо из аптеки почти убило меня и почти убило Джареда. Мы ничего о них не знаем. Вы сами видели что-то, что собиралось убить человека – одного из ваших соседей. Я… Я получил научное образование, и я стремлюсь к пониманию вещей. Особенно вещей, которые…которые пугают меня. Полагаю, моё любопытство и страх и… не знаю, какая-то нужда в осуществлении контроля… думаю, они взяли надо мной верх. Вы правы. Простите».

Думаю, они поверили. Лиф, как минимум, выглядела успокоившейся. Окен просто казался испытывающим неловкость. Джаред лишь закатил глаза, но промолчал. Лиф согласилась позвонить мне, если увидит что-либо необычное, и мы пошли каждый своим путём. Я заметил, что Лиф и Окен замедлились, чтобы позволить Джареду и мне выйти первыми. Я улыбнулся: они не доверяли мне оставаться с #14! На выходе я договорился с Джаредом встретиться здесь после полуночи, чтобы завершить наше исследование.

14 октября, 1999

Окен связался со мной сегодня, когда я восстанавливался после столкновения с #13 (и в самом деле несчастливый номер). У него были невероятные новости. Похоже, что мы четверо не единственные, на кого обратила внимание «живая сила», как её упорно зовёт Лиф. Более того, Окен считает, что нашёл интернет-сообщество людей со схожим опытом.

Вначале я сомневался, учитывая разочаровывающие и обманчивые плоды собственных поисков в интернете информации по «вампирам» и «призракам». Однако, Окен и Лиф (будучи профессионалами в использовании «сети») оказались намного удачливее.

Вход на сайт назывался anonymous-liberty.com. Сайт был посвящён какому-то либертарианскому вздору об анонимной поддержке индивидуальных прав. К счастью, эта наивная философия хорошо сочетается с моей (полагаю, теперь я должен говорить «нашей») потребностью в конфиденциальности.

Вопросы о паранормальном были по сути опросным листом, якобы для сбора информации о «потустороннем». Окен честно заполнил вопросник, и также включил подробности наших встреч с #11, #14 и #15. На следующий день он получил приглашение присоединиться к частной группе рассылки для «наделённых». Он также получил доступ через anonymous-liberty к тайному, защищённому паролем сайту.

Я заполнил опросник и с нетерпением жду возможности обменяться информацией с другими обладающими аналогичным опытом. Не думаю, что у Джареда есть доступ к Интернету, но он всё равно выйдет из больницы спустя ещё долгое время.

18 октября, 1999

Сегодня я «вошёл» на hunter-net. Возможно, я ожидал слишком многого, но здесь огромное количество непроверяемой информации, вкупе с суевериями самого оскорбительного рода («Люди в чёрном», надо же!). С другой стороны, я нашёл подтверждение многим своим наблюдениям. Многие «охотники» обнаружили, что неестественные существа, похоже, предпочитают населённые районы, и что, по видимому, существует намеренное неведение со стороны свидетелей. Несколько рассказов поддержали моё ощущение, что большинство людей готово поверить любому случайному или абсурдному объяснению, вместо того, чтобы принять действия существа, находящегося за границей их парадигмы.

Также я подписался на их рассылку, которая просит, чтобы вы скрывали своё имя и использовали вместо него описательную фразу или слово. Конечно же, я выбрал «доктор». Лиф выбрала «гончар». Окен не хотел говорить мне свой «ник» – не то чтобы его было сложно установить («целитель»), поскольку каждый идентификатор сопровождается числом, назначаемым по порядку вашего принятия. Я Доктор119 – похоже, нас много! Мои спутники – Гончар116 и Целитель115. Самым влиятельным членом является, по-видимому, Свидетель1 (основавший рассылку и создавший сайт). Я просмотрел архивные сообщения так быстро, как мог. У Книжныйчервь55 и Охотник9, похоже, тоже есть голова на плечах. Точка зрения Коп90 также довольно полезна. К сожалению, на каждую продуманную идею здесь приходится несколько сообщений из вздора от СинейДевушки76 или Повелительмифов10. Есть также несколько человек, которые просто кажутся сумасшедшими – Бог45 наглядный тому пример.

Удивительно, но главной темой общения был самоанализ. Казалось, каждый спрашивал «Почему мы?», и только разумное меньшинство спрашивало «Почему сейчас?». Ответы (как того можно было ожидать) варьировались от нарциссических и абсурдных до непроверяемых. Насколько я мог определить, самыми популярными объяснениями являются перечисленные ниже.

1) Мы были «благословлены ангелами Господними» чтобы «покарать силы зла». Если это так, то Бог не очень-то требователен. Список рассылки не только крайне экуменический (с приличной долей агностиков и атеистов), но в нём также есть несколько респондентов с криминальным прошлым, и они совсем не кажутся раскаявшимися.

2) Такого рода вещи происходят с начала времён. Единственная причина, по которой мы нашли друг друга сейчас, это технологии, обеспечившие всемирную связь. На первый взгляд привлекательный вариант, но проблема в том, что нет ни одного «наделённого», пробудившегося в 60-е, 70-е, 80-е или начало 90-х. Даже я кажусь сравнительно «старым» среди этих людей, при моём опыте в несколько месяцев.

3) Экстрасенсорные способности людей только сейчас начинают пробуждаться: «наделённые» – следующая ступень эволюции. И неважно, что любой учёный может сказать вам, что «внезапные» скачки в эволюционном времени всё ещё в тысячу раз больше, чем вся задокументированная история человечества. Модифицированная версия этого довода утверждает, что современные загрязнители каким-то образом разблокировали скрытые возможности в наших мозгах. Опять же, любой учёный понимает, что это примерно также вероятно, как случайно «открыть», что ваша машина расходует один галлон на тысячи миль, если вы зальёте в неё жидкий эстроген.

4) С приближением второго тысячелетия наши доброжелательные космические братья дали нам эти силы, чтобы истребить бич демонов/существ из негативной энергии/злонамеренных космических существ (выбирайте сами). Увы, это кажется самым разумным объяснением. Оно объясняет, почему это произошло так внезапно, почему нет связующего выбранных людей фактора (кроме близкого расположения), и почему мы мало что получаем в плане объяснения.

Иронично, но, похоже, мало кто спрашивает, что нам предполагается делать с нашими предполагаемыми «гранями» – способностями, которые, по-видимому, мы все проявляем (хотя я не имею представления о диапазоне этих способностей, будучи знакомым только с теми, которые продемонстрировали мои «коллеги»). Участники рассылки, похоже, интуитивно соглашаются, что наше предназначение – реагирование на неестественное; мы все получаем наше «истинное зрение» и грани перед такими существами. Тем не менее, предполагаемая слуховая галлюцинация Свидетель1 – «Унаследуйте Землю» – находит у меня отклик, несмотря на его явно библейские оттенки. Что именно эта фраза означает – неясно, хотя с недавних пор – со времён первых столкновений и далее событий в аптеке – я ощущаю неотложную необходимость разобраться с видимыми мной существами, словно времени почти не осталось. Всё же пока что я не знаю, что я должен «унаследовать», кроме защиты мира, который я уже знаю – или знал когда-то.

19 октября, 1999

Через hunter-net я связался с двумя другими местными «наделёнными», которые, казалось, очень хотели работать со мной. «Строитель50» и «Таксист22» оба жили в Чикаго и, что ещё важнее, разделяли преданность делу понимания паранормального. К сожалению, становится всё очевидней, что Лиф и Окен не разделяют это стремление к знаниям. В одиночку я, возможно, мог бы убедить их уступить здравому смыслу, но они связались с придурковатой «нью-эйдж» фракцией из рассылки. Учитывая, что их сентиментальность поддерживают «ДухНаставник45» и «Кристалл23», они могут оказаться потеряны навсегда.

Это досадно, но я назначил личную встречу со Строителем и Таксистом этим вечером.

20 октября, 1999

Прошлая ночь была, мягко говоря, поразительна. У Строителя (Скотт Фэарлейн) и Таксиста (Гуадалупе Дроэн), похоже, было много общего с Джаредом: в особенности их «сначала стреляй/кромсай/жги/ и уже потом задавай вопросы» отношение. Хотя я горжусь (и справедливо, полагаю) своими блокнотами по почти 20 местным паранормальным обитателям – прошлым или нынешним – Гуадалупе утверждает, что распознала свыше 50. (Это может быть просто хвастовство. К сожалению, она не предпринимает особых усилий, чтобы отслеживать больше, чем нескольких из них).

Как только они встретились с Джаредом, он пригласил их понаблюдать за #17, невидимкой и нашей последней находкой. Мы отправились к его обычному месту обитания, но Джаред заметил его след до того, как мы прибыли. Мы последовали за ним по извилистому пути из улиц. Подозреваю, что Скотт и Лупэ (как она предпочитает, чтобы её называли) понемногу выходили из себя, пока мы не заметили #17 и его спутников.

Они были среди обгоревших обломков того, что когда-то было клубом или каким0то театром. Я насчитал как минимум четверо других невидимок. Мои аргументы в пользу незаметного наблюдения остались неуслышанными. Скотт, Джаред и Лупэ выбрались из машины для нападения практически ещё того, как она остановилась.

Невидимки вначале показались готовыми к сражению. Один из них направил палец на Скотта, злобно ухмыльнувшись (его улыбка была буквально больше, чем это возможно для человека, почти разделяя его голову пополам). На моих глазах рубашка Скотта вспыхнула пламенем. Второй, похоже, жестом оживил пепел, превратив его в антропоморфные фигуры, угрожавшую Скотту и Лупэ. Они оба напали на этих существ, которые казались неуязвимыми для их атак – и которые, казалось, не моли навредить им.

Затем Скотт указал на смеющегося невидимку и произвёл некий эффект. Я не знаю, что это было – я воспринял это как газ, но не затрагивающий обычное зрение. Он поразил смеющегося невидимку, который на мгновение показался напуганным, после чего провалился прямо в землю, оставив после себя лишь что-то вроде пятна. Другие духи поступили аналогично. Мы, разумеется, не могли последовать за ними.

Я отчитал моих коллег-охотников за их поспешные действия, но они были не в настроении выслушивать меня. Похоже, Скотт и Джаред думали, что одержали крупную победу. Лупэ была слегка восприимчивее, когда я говорил им, что существа наверняка сбежали, а не погибли, и что они теперь знают, как мы выглядим. Мужчины меня не слушали.

21 октября, 1999

Была арестована женщина по имени Гретен Мэггс. Полиция нашла её стоящей над сожжёнными и растерзанными останками трупа. Она громко и публично заявила, что сделала это потому, что жертва была «ходячим мертвецом», вампиром, который, как она видела, пил кровь, и за которым она проследила до его логова, чтобы напасть на него днём. Весь список рассылки охотников обсуждает это. Все хотят знать, была ли Гретен Мэггс одной из нас, или просто сумасшедшая с заблуждениями, имитирующими нашу реальность. Свидетель1 призвал к полной проверке списка рассылки. После того, как первые ответы были размещены для всех, он потребовал, чтобы оставшиеся отправляли напрямую ему. Однако, многие из сообщений включали уведомления вроде «Пророк6, Сталкер32 и Музыкант40 мертвы». Из почти 120 членов списка минимум четверть, похоже, выбыла из борьбы навсегда.

22 октября, 1999

Я спал, когда Лиф позвонила мне. Она казалась почти впавшей в истерику и сказала включить WGN. Я так и сделал и оказался шокированным видом нашего товарища Джареда в студии новостей, рассказывающим ведущему, что Гретен Мэггс говорила правду: что трупы ходят по нашим улицам, облечённые в плоть. Кроме того, он сказал, что «высшая сила» дала ему способности для сражения с этим «бичом». С нарастающим ужасом я наблюдал, как он предлагал продемонстрировать.

Он попросил ведущего «дайте мне что-нибудь, что вы не против сломать – вроде старого стула или чего-то в этом роде». Они вначале принесли стальной складной стул, которым разложил и стал перед ним размахивать. Я предположил, что он использует светящуюся дубинку – люди из рассылки зовут подобные эффекты «рассекателем». В этот раз я не смог её увидеть (потому что это передавалась по ТВ?). Я смог только увидеть её действие. Стул упал и пролетел через студию. Однако, камера снимала под таким углом, что было не сразу понятно, что Джаред не коснулся стула. Он попросил другой стул, такой, который был бы горючим, и ему принесли кресло из ткани и дерева. Используя рассекатель, он смог поджечь и уничтожить кресло на глазах у ошеломлённой аудитории. Затем он перешёл к изобличительной речи о призраках, ходячих мертвецах и монстрах, скрывающихся под человеческим обликом.

Когда рекламная пауза кончилась, Джаред уже исчез из студии.

23 октября, 1999

Я проснулся этим утром от душа из свернувшейся крови. Мой туалетный столик, мои ковры, мои одеяла и простыни были покрыты кровью, и особенно большой комок неидентифицируемой плоти ударил меня по лицу.

Я не сомневаюсь в том, что я видел. Она была тут. Я ощущал её липкость, чувствовал специфический запах свежей, необработанной крови, ощущал, как она застывает у меня в волосах и на коже. Я сразу же бросился в душ. Мой сердечный ритм возрос, а дыхание стало прерывистым, но я попытался обдумать способы убрать необъяснимую грязь, не вызывая подозрений. Но мои мысленные усилия оказались бесполезными. Когда я вернулся в спальню, вся грязь исчезла сама. Не осталось ни следа крови.

Возможно, это была галлюцинация, но если так, то она была беспричинной и крайне яркой. Я должен был осмотреть место вторым зрением, но из-за стресса я об этом не подумал.

Пока я сидел здесь и восстанавливал самообладание, гипотеза галлюцинации становилась всё более привлекательной. Что касается причины, то, возможно, ею был злой умысел одного из паранормальных существ, за которыми я наблюдал. Несмотря на беспокойство, я предположил, что должен быть благодарен, если это худшее, на что оно способно.

Тем не менее…я не должен отвергать никакие возможности. Возможно ли, что я просто схожу с ума? Возможно, после того, как я столь страстно преследовал фантастическое, отдав такую огромную цену, мой разум сломался и дал мне иллюзию того, что я нашёл искомое?

Явно нет. Что насчёт Джареда, Окена и Лупэ? Они должны быть настоящими. У меня есть запись на видеомагнитофоне выступления Джареда на новостях – это не иллюзия. Шрамы на моём теле от #2, #7 и #11 – они реальны. По крайней мере, они кажутся такими для меня – такими же реальными, как мои кружка для кофе, компьютер и кресло с откидной спинкой.

Если эти фантастические видения – душ из крови, призрачные фигуры, светящиеся мечи – являются иллюзиями, тогда весь мой мир может быть иллюзией. Достаточно ли мой разум силён, чтобы создать такую детализированную ложь? Но даже если я могу вообще представить такое, кто знает, действительно ли оно невозможно?

Нет. Такой солипсистский путь совершенно бесполезен. Если я ещё не безумен, то такого рода размышления наверняка сведут меня с ума в итоге. Я должен верить в силу своего разума и восприятия. На самом деле, у меня нет иного выбора.

(Позже.)

Джареда арестовали. Его адвокат позвонил из полицейского участка и сказал, что его клиент просил исключительно о встрече со мной. Когда я настоял на подробностях, он ответил, что Джареда арестовали по обвинению в хранении наркотиков после того, как полиция остановила его из-за разбитой задней фары. Адвокат также сказал, что это обвинение будет сложно отбить, «учитывая его судимость».

Я разочарован, но не удивлён. Похоже, Джаред уже был условно-досрочно освобождён по обвинению в хранении наркотиков. Полиция заметила пакет с героином в щели между сиденьем водителя и дверью, в том же укромном уголке, где я храню свой скребок для льда. Сегодня слишком поздно с ним встречаться, но завтра это будет моим первым делом.

Понедельник

Вопрос: как узнать, сходишь ты с ума или нет? Есть эти анкеты для алкоголизма и наркозависимости, но что насчёт полновесного, конченного, потерявшего связь с реальностью БЕЗУМИЯ? По определению, свихнувшийся разум работает неправильно. Но разум – это всего лишь инструмент, который я использую для исследования моего собственного разума. Это похоже на то, как однорукий человек пытается перевязать порез на своей ладони. Мой разум продолжает спотыкаться о самого себя.

Нормальный 1) Я, кажется, всё ещё способен логически мыслить. 2) У меня не было какого-либо острого шока, который мог бы свести меня с ума (полагаю, если не считать шока от видения галлюцинаций – но это уже напоминает вопрос о курице и яйце, не так ли?). 3) У меня было хорошее детство, без травм, приставаний или чего-то подобного. 4) Никаких наркотиков, кроме выпивки и прописанных лекарств – но ничего изменяющего сознание и ничего незаконного. 5) Я только что проходил осмотр, и доктору ничего не показалось странным.

Ненормальный 1) Я слышал голоса в голове, которые не были моими. Это напоминает шизофрению. 2) Я видел Джен Сальер, и я знаю, что она восемь месяцев мертва. Это напоминает галлюцинации, бред или ещё что-то подобное. 3) Я видел Билла Килгована, выглядящего как труп. Это тоже напоминает галлюцинации. Так оно начинается? Сегодня всё идёт как обычно, а завтра ты видишь призраков и гоблинов, вылетающих из дверей? Но всё шло хорошо. Я был счастлив в браке, мои дети хорошо учились в школе. Я только что заключил полюбовное соглашение, рефинансируя мою закладную. С чего бы мне сходить с ума?

Итак. Полагаю, есть три возможности.

1. Я не в своём уме и страдаю галлюцинациями. (Чёрт, даже хорошая жена и дети могут быть галлюцинациями! Возможно, я заперт в каком-нибудь сумасшедшем доме. Наверное. Тем не менее, всё кажется реальным, кроме Джен и Билла.)

2. Моё мышление в порядке, но по какой-то причине я воспринимаю вещи, которых не существует. Думаю, я читал что-то в Ридерз Дайджест о каком-то парне, находившемся в деловой поездке, и на его багаж каким-то образом пролилась куча наркотиков, так что, когда он надел свои вымоченные в наркотике штаны, он начал галлюцинировать. В последнее время я не предпринимал никаких деловых поездок, но, полагаю, возможно всё. Но я не чувствую никакой дезориентации, и странные вещи, которые я вижу, были такими – незаметными. Всё выглядело обычным, резким и нормальным, кроме Джен и Билла. Не было никакого размытия между «нормальным» и «ненормальным». Если бы у меня действительно был «трип», то тогда разве не ВСЁ стало бы странным? Я просто не знаю. Я даже не знаю никого, кого мог бы спросить.

3. По-настоящему пугающая возможность: я в здравом уме, и то, что я вижу – настоящее. Но как такое может быть? Что это означает? Что жители Грин Лейкс, Айова, выбрали мэром что – зомби?

Однако – всё это кажется таким реальным. Не то что бы у меня были какие-то причины для такого дикого полёта фантазии. Я ничего от него не получаю, а ведь это часть сути безумия, верно? Уход от реальности? Я не хочу уходить от реальности. Я хочу уйти от этой ужасной фантазии.

Ладно. Если я полностью безумен, то я попытаюсь скрыть это. Я буду вести себя нормально. Если мой разум настолько чувствительный, я попытаюсь запечатлеть в нём то, каковы вещи на самом деле. Если вы в своих галлюцинациях видите реальность, то они на самом деле не галлюцинации, правильно? Возможно, мне станет лучше само по себе, если я не буду обращать внимание на безумие. В конце концов, я сам по себе из нормального стал сумасшедшим. Возможно, я сам по себе смогу вернуться к прежнему состоянию.

Если я в здравом уме, но вижу галлюцинации по какой-то причине, то тем более не стоит обращать на них внимание. Если это из-за химикатов или чего-то подобного, то ещё больше шансов на то, что они пройдут сами по себе.

Если я вижу правду… чёрт, тогда это самый лучший аргумент в пользу того, чтобы действовать, словно всё в порядке. Если Билл Килгован ходячий труп, то последнее, что я бы хотел сделать, это привлечь его внимание.

Вторник

Мой план работает. Надеюсь. Сегодня я видел Билла выходящим из здания суда во время обеденного перерыва. Я поздоровался с ним. Он улыбнулся, пожал мне руку, поговорил о погоде. Всё было нормально. Его рука казалась немного холодной, но сейчас осень, и он, вероятно, забыл свои перчатки. Он выглядел как обычный человек пятидесяти лет. Возможно, немного бледный, но у нас целые недели было мало солнца. Все бледные. Я бледный. Это нормально. Всё это нормально.

Среда

Сегодня я снова слышал этот голос, и думаю, что не я один. Билл проходил мимо нашего офиса, и я яснее ясного услышал «ОН НЕ ЖИВЁТ». Я поднял глаза и снова увидел его в виде трупа – гниющим, вонючим и костлявым. Более того, Бетти тоже это видела. Я видел, как она уставилась на него, широко распахнув глаза. Я подошёл к ней и попросил её помочь мне починить копировальную машину. Мне практически пришлось оттащить её от стола. Я спросил её, что она видела, и она притворилась, что не понимает. Она была рядом и когда я видел призрак Джен Сальер, и вела себя так, словно ничего особенного не происходило. Я спросил её об этом, и она начала плакать. Оказалось, что она и Джен видела, но она ничего не сказала из-за боязни показаться сумасшедшей. Так что всё то время, что я спрашивал Джен, что происходит, Бетти притворялась, ведя себя так, словно всё было нормально. Теперь, когда я думаю об этом, я вспоминаю, что Джуд тоже была в офисе. Она собиралась взять кофе или что-то ещё прямо перед тем, как я увидел Джен. Может, она тоже увидела Джен и сбежала?

После моих упрёков Бетти сказала, что видела призрак Джен и видела Билла в виде трупа. Вначале я испытал облегчение от того, что кто-то другой это видел. Ведь в этом и состоит наука, так ведь? Если кто-то может подтвердить ваши результаты, это делает их фактом. Поэтому это факт, что Билл – ходячий мертвец.

На этом моё чувство облегчения исчезло. Если Билл некий монстр, то что мне предполагается с этим делать? Бетти сразу же начала говорить о том, чтобы попытаться убить его. Только она использовала слово «это».

Глазам не верю: Бетти Смоленски, бывшая моей секретаршей последние восемь лет, спокойно разговаривает о том, как застать мэра наедине и убить его. Она пошла в библиотеку и сделала фотокопии кучи страниц из руководства для авторов детективов, книги о лучших способах убийства людей или что-то в этом роде. Сказала, что не хотела оформлять её, так как это могло показаться подозрительным. Она просто приняла как должное то, что Билл должен быть убит.

Господи. Я ведь голосовал за него. То есть, за это.

Бетти совершенно параноидальна. Она сказала, что нельзя узнать, сколько «их» всего существует или что «они» такое. Я сказал, что единственным, кого я видел, был Билл, но, согласно ей, это ничего не значит. В конце концов, он обманывал нас раньше. Он обманывал нас долгое время – неизвестно, насколько именно долго. И только вчера он выглядел нормальным для меня. Так что, полагаю, она права. Мы не можем больше доверять одним нашим глазам.

Кто ещё в этом замешан? Карл Мюллер? Было бы весьма разумно для Билла заполучить полицию н свою сторону. Чёрт, это было разумно даже того, когда я думал, что он живой человек. Является ли Карл одним из них? Что насчёт его заместителей? В последнее время Билл проводит с ними много времени, говоря о «программе против банд». Но о чём они в действительности говорят за закрытыми дверями?

Билл уволил Дженет Уилкс в прошлом месяце. В то время я думал, что он был прав – Дженет всегда была невыносима и не особо полезна для управления городского планирования. Но что, если происходило нечто совершенно другое? Могла ли она узнать слишком много? С другой стороны, Биллу надо было поддерживать своё прикрытие, делая то, что должен был делать обычный мэр. Увольнение ужасного работника было бы типичным делом.

Так нечестно. Я ничего об этом не знаю! Как мне предполагается узнавать, что делать? Я даже не религиозен. Но я не могу просто сидеть и заламывать руки. В смысле, это ведь неправильно, неестественно. Это словно я в своём уме, но весь МИР сошёл с ума. В этом нет никакого смысла, всё складывается не так. Я не стремился к такому. Я не просил об этом, и теперь я должен что-то сделать, но я не знаю что.

Мне 52. Я государственный служащий. Я не стрелял из винтовки с тех пор, как ушёл из КПОЗ, и я должен убить мёртвую тварь, управляющую моим городом? Это всё?

С чего мне вообще начать?

24 октября, 1999

Когда я вышел из моего дома, двое невидимок ждали меня – #17 и один из его спутников с прошлого вечера. Это потребовало от меня колоссального усилия воли, но я притворился, что не вижу их. Они следовали за мной, пока я направлялся к полицейскому участку, даже забрались вместе со мной в машину.

Второе зрение, похоже, не воспринимает отражения, так что было непросто держать их в поле зрения. Подобно смертным, они были склонны оставаться сзади человека, которого преследовали. Однако, когда они увидели пункт моего назначения, они стали крайне возбуждёнными – напрашивается слово «радостными». Один указал на меня, и мои руки внезапно покрылись кровью.

Это было раннее утро, но не настолько раннее, чтобы на улице никого не было. Женщина увидела, как я с залитыми до локтей кровью руками подходил к полицейскому участку, и начала кричать. Я сразу же заскочил в переулок рядом с участком, а двое невидимок последовали за мной.

Сейчас мне, наверное, нечего сказать. Я был в бешенстве, практически потеряв своё благоразумие. Эти незримые существа мучили меня, намеренно подставляя меня перед полицией. Я выбросил свои окровавленные перчатки, схватил мусорный бак и бросил его в – или, скорее, через – одного из своих мучителей. Он скорчился и упал, затем поднялся с улыбкой и шагнул через мусорный бак. Я неуклюже набросился на него, но мой кулак прошёл сквозь, не оставив никакого видимого ущерба. Другой невидимка казался напуганным, но первый – полагаю, он #18 – просто смеялся надо мной. Их рты двигались, но оба были совершенно беззвучны, хотя, похоже, они могли слышать друг друга. Я видел, как его рот двигался, но когда он осознал, что я его не слышу, то обратился к самым ребяческим и вульгарным видам жестов. Будучи вне себя от ярости, я кричал на них и размахивал кулаками, когда из-за угла появились два офицера полиции.

Я распознал их настрой – этот «полегче» подход представителей власти, столкнувшихся с сумасшедшим. Я сам использовал его в госпитале. Приложив титаническое усилие воли, я успокоился и спросил их, в чём, по их мнению, проблема.

«Проблема? Кажется, это у тебя проблема, приятель».

Я глубоко вздохнул. «Я арестован?»

Они обменялись взглядами. «Без понятия. Вы успокоились?»

Несмотря на гримасы и невидимые насмешки духов, я попытался сохранить своё самообладание. «Кажется, да».

«Так в чём ваша проблема?»

Я глубоко вздохнул и подготовил большую ложь. «Я узнал, что моего друга Джареда Шумейкера арестовали за хранение наркотиков. Опять. Я подумал, что смогу прийти сюда и спокойно с ним поговорить, но чем ближе я подходил, тем сильнее я на него злился, пока… полагаю, у меня была небольшая вспышка гнева». Я слегка улыбнулся при последних словах, мысленно умоляя их поверить в них.

«Вспышка гнева, да?» Я заметил его взгляд на мои перчатки и рукава. Призрачная кровь исчезла. «Вам действительно стоит следить за своим гневом».

Я просто кивнул, склонив голову.

«Слушайте, отправляйтесь домой и немного отдохните, ладно?»

«Вообще-то, я надеялся повидаться с моим другом».

Коп сузил глаза, и я сразу же пошёл на попятную. «Но, возможно, вы правы. Мне в самом деле стоит вернуться, когда мой стресс уменьшится». Я наклонился, чтобы поднять перчатки. «Прошу прощения».

«Просто не позволяйте подобному снова произойти».

В ходе этого обмена репликами #18 постоянно оставался в поле моего зрения, насмехаясь над моим положением. Когда я сел в свою машину, он последовал за мной, но не смог поехать вместе со мной, так как машина прошла прямо сквозь него.

Я оставил срочное сообщение для Скотта, затем постарался достичь Джареда по телефону. Это заняло два часа, но я преуспел. Но даже тогда наш разговор был коротким, но зловещим.

«Док, я думаю, в ту ночь в машине со мной что-то было».

Я сдержал саркастичное замечание и попросил его уточнить.

«Смотрите, когда копы остановили меня, всего на секунду… я почувствовал что-то ужасное, пахнущее словно дерьмо, док, а потом мне показалось, что я увидел руку, тянущуюся с заднего сиденья, чтобы положить этот грёбанный пакет. Оно было прямо там, всё время было прямо сзади меня! Копы быстро подошли, у меня не было времени спрятать пакет. Я ничего не смог увидеть на заднем сиденье, но там было темно… ну, типа как слишком темно, понимаете?»

«О чём ты говоришь, Джаред?»

«Я говорю, что меня подставили! Кто-то, что-то следовало за мной и подставило». Он сделал долгий, прерывистый вдох, после чего продолжил: «Это не всё. Кое-что случилось со мной в тюрьме. Не уверен, что, но что-то случилось». «О чём ты?»

«Прошлой ночью они забрали меня из камеры – другие из блока хоть это рассказали мне, ненамеренно – но я об этом не помню. Меня не было пару грёбанных часов!»

«Ты ничего не помнишь?»

«Он замолчал на мгновение, а затем сказал: «Я помню глаза. Два глаза сверлили меня, большие и… золотые или типа того».

Мы оба минуту помолчали, а затем он произнёс: «Не думаю, что смогу остаться здесь, док».

«Что ты имеешь в виду, Джаред?»

«Я имею в виду, что мне надо выбраться отсюда».

Моё сердцебиение участилось. «Джаред, твой адвокат наверняка обойдёт это надуманное обвинение».

«Могу я тебе доверять, док?»

Я сказал ему, что да.

(Позже.)

Я проснулся от воплей. Это был #17, который каким-то образом производил громкие, пронзительный вопли из ниоткуда. Его рот не двигался. Он маячил прямо передо мной, когда я открыл глаза, и, боюсь, я невольно закричал. Я попытался ударить его, но он отпрыгнул и оказался вне досягаемости, улыбающийся и показывающий мне средний палец.

Затем я… эта часть туманна, возможно, это было частью сна, но мне показалось, что я снова услышал голос, как в первый раз месяцы назад. В этот раз он произнёс: «СХВАТИ ЕГО СВОИМ ВЗГЛЯДОМ». Это было так, словно я подумал про себя, но это была не моя мысль. В этот момент мне, дезориентированному и грубо разбуженному, показалось совершенно разумным то, что я могу остановить это существо одним взглядом – и это сработало. Должен признаться в явной вспышке злорадства, когда я увидел его беспокойство из-за осознания, что оно не может сбежать от моего общества. Я позвонил Скотту. Наше общение, насколько я помню, прошло примерно так:

«Кто…? Бля, док, ты знаешь, какой сейчас час?»

«Я захватил невидимку. Пожалуйста, сейчас же приезжай и помоги мне разобраться с ним».

Я знал…откуда-то…что, если я отведу от него глаза, существо сможет убежать. С учётом этого, я сказал Скотту прийти к окну моей спальни.

Во время ожидания я провёл несколько импровизированных экспериментов над #17. Я швырнул в него подсвечник, который прошёл насквозь без видимого эффекта. Затем я держал зажжённую свечу посреди его местоположения, без какого-то видимого эффекта, не считая его возросших гнева и страха. Пока я держал его прикреплённым, он использовал свои трюки – кровь текла из стен; змеи и пауки выползали из углов, оставляя крошечные следы на полу; тени формировались в угрожающие фигуры. Но я не позволял себе отвлекаться. Теперь я уже знал, что они исчезнут, когда существо уйдёт.

Зазвенел дверной звонок, но я проигнорировал его, надеясь, что Скотт запомнил мои инструкции. Звон продолжался, но потом я услышал другой звук: стук по моему подоконнику. Всё ещё глядя на #17, я неуклюже открыл окно.

«Боже!» – воскликнул Скотт.

«Полагаю, ты видишь, в чём моя проблема».

«Что это, блядь, такое?»

«Это иллюзии, ничего более. Ты видишь невидимку?»

«Ага. Отойди, док». Скотт просунул руки через окно и сделал ими некий знак. И вновь бурлящий туман, который я уже видел прежде, вылился, похоже, из его тела в направлении существа. Поскольку мои глаза были направлены на это существо, я смог разглядеть эффект в подробностях. Его прозрачная «плоть», казалось, испарялась при касании с газом, обнажая эфемерные кости и внутренности. Существо упало на колени, умоляюще сложив руки. Я собрался вынудить его дать обещание держаться подальше от меня, но, ругнувшись, Скотт снова поразил его туманом. Его эффект оказался тем же самым, хотя и менее впечатляющим. Скот потерял сознание. Это нарушило мою концентрацию.

Я взглянул на Скотта и увидел, что он упал на землю. #17 пробежал через дверь (не открывая её), и с тех пор я его не видел. В тот момент я был больше обеспокоен моим «наделённым» коллегой. Выбравшись через окно, я обнаружил, что у Скота была холодная, липкая и бледная кожа. Его зрачки были расширены, а пульс был нерегулярным и нитевидным. С огромными усилиями я поднял его и начал нести к передней двери, когда осознал, что у меня нет ключа. Я укладывал Скотта в кусты, когда неясная фигура подошла к моему дому и увидела меня.

«Что за нахуй?» – сказала она гортанными тонами, выдающими плохое образование.

Я лишился дара речи на мгновение, как и этот новоприбывший. Мы заговорили одновременно. Я спросил, что он делает на моей собственности. Он спросил, я ли доктор ван Вик. После этого мы замолкли, прежде чем снова заговорить одновременно. Я сказал, что это не его дело, а он сказал, что его послал Джаред.

Это стало облегчением. «Если вы друг Джареда, останьтесь с этим человеком. Мне надо открыть переднюю дверь».

Я забрался через окно и открыл дверь – перед этим надев халат и положив в карман пистолет. В конце концов, у меня были лишь слова незнакомца о том, что он от Джареда, хотя, должен сказать, они казались людьми схожего типа.

Когда я открыл дверь, он стоял там со Скоттом, повешенным через плечо словно мешок риса. Я быстро втащил его внутрь, а затем огляделся проверить, не проснулись ли соседи. По моей просьбе, мужчина пронёс Скотта вниз в мою клинику – место, которое, похоже, нервировало его. Он спросил, чем я занимаюсь, и я выдал ему обычный трёп о том, что клинический консультант.

Беглый осмотр Скотта не выявил недуга, который я бы мог идентифицировать. Его сердцебиение было медленным и слабым, давление крови и температуры были низкими. Казалось, что он находится в шоковом состоянии, так что я положил его ноги на скобы моего кресла для осмотра, опустил его голову и накрыл его одеялом. Пока я готовил инъекцию стимулятора, друг Джареда начал суетиться.

«Эм, доктор? Я получил сообщение от Джареда. Оно типа как важное»

«В самом деле? Тогда выкладывайте»

«Ну, он, эм, он типа собирается сбежать из тюрьмы в пять часов этим утром».

Я чуть не выронил шприц.

«Что? Как он планирует это сделать?»

«Он сказал, что собирается использовать свои…эм…силы». Мужчина переминулся с ноги на ногу. «Он сказал, что и у вас и него есть силы и прочая херня. Что вы вроде как…святые».

Материалы по делу ИНТЕРПОЛ 0034297375 (продолжение)

прошла много миль до магазина. Вы должны понять – мой сын, мой первенец был очень болен. После того, как нефтяная компания выкупила нашу землю у правительства, и люди в правительственных грузовиках пришли убить нас всех, мой муж умер. У меня было мало денег, и когда мы пришли в новое место, местные нас невзлюбили. Они думали, что проблема с армией и нефтяной компанией последует за нами. Нам пришлось жить в грязном месте. Мой сын заболел. Человек из продовольственной компании сказал, что это из-за грязной еды, и что, если я куплю еду в его банках, мой сын выздоровеет. Поэтому я отправилась в дорогу, оставив сына и дочерей с сестрой.

Когда я пришла, там была длинная очередь тех, кто хотел встретиться с человеком из продовольственной компании, но когда я его увидела, мои глаза внезапно раскрылись. Я увидела, что он вовсе не был человеком, а был духом с головой шакала. Я увидела своего мёртвого мужа, стоящего рядом со мной. Я могла видеть сквозь призрак моего мужа, словно сквозь мираж на равнинах, но я также могла видеть его таким, каким я видела в ночь, когда люди из армейских грузовиков застрелили его.

Я была не единственной, кто мог видеть шакала. Его увидели и другие женщины. Многие закричали и сбежали. Другие сражались с ним. Возможно, я была не единственной, кому помогали духи умерших, поскольку была женщина, сражавшаяся с помощью магии, но зверь из продовольственной компании был слишком силён. Он вырос в размере, а его руки обратились в когти, как у льва. Все остальные умерли.

Вы арестовали меня. Почему? Я не убивала человека. Я лишь сражалась со злом, которое бы растерзало вас, меня и всю нашу страну. Вы можете посадить меня в тюрьму. Какое мне до этого дело? Мой дом разрушен. Весь мир теперь для меня тюрьма. Убьете меня? Я видела, как мой муж умер и вернулся. Я не боюсь мучений или смерти.

Возможно, вас обманом заставили следовать за шакалами, или, возможно, вы думаете, что вас вознаградят за верность. В обоих случаях вы дурак. Единственная награда, которую они могут предложить – это возможность оказаться среди последних съеденных. Возможно, в итоге они заполучат нас всех, но я буду сражаться бок о бок с духами умерших, и сломаю челюсти этих тварей, даже если они сомкнутся на моей глотке.

«Святые?»

«Что вы творите чудеса, останавливаете злых духов и всё такое».

Как я уже говорил, он произвёл на меня впечатление плохо образованного человека, но даже его неоформленный разум оказался достаточно сложен, чтобы его смутило данное ему объяснение.

«Джаред показал мне кое-какие штуки, которые он может делать, и его показывали по ТВ»

«Ну, это определённо правда, что Джаред и я – как и этот человек – обладают некоторыми необычными способностями. Едва ли я считаю себя “святым”». Говоря это, я вколол Скотту его инъекцию.

«Однако вы поможете ему, так, док?»

«Не уверен. Его план неоснователен. Он правда думает, что у него получится?»

«У него нет выбора, док! Он сказал, что собирается добиться перевода в комнату для больных сегодня ночью, чтобы держаться подальше от главной твари, затем он хочет сбежать прямо перед рассветом. Он думает, что они не смогут преследовать его днём… Это так?»

«Если у них столько влияния на полицию, как он, похоже, думает, то им может даже и не понадобится преследовать его лично. Он даже не вооружён!»

«У него есть меч веры и сильные праведные руки! Он показал мне. Он может творить эти чудеса».

«Мы пойдём», – вмешался Скотт, его глаза теперь были открыты, залитые кровью и затуманенные.

«Скотт? Что с тобой случилось?» Он криво улыбнулся. «Когда я использую туман смерти, я понемногу умираю. Думал, ты знал это, док». Он повернул голову к другому человеку. «Как тебя зовут?»

«Джарвис – я брат Джареда». Я мог только предполагать, что он подразумевал в виду слово «брат» в семейном, а не обиходном смысле.

«Возьмём мой грузовик, – отважился Скотт. – Номерные знаки грязные, так что никто их не увидит»

«Скотт, ты не в состоянии вести»

«Я поведу», – вызвался Джаред.

«Погодите, – резко сказал я. – Скотт, ты правда считаешь, что у Джареда есть какой-то шанс на побег? Мы, вероятно, просто засовываем наши шеи в петлю, которой он обвязан»

«Я не знаю, – сказал Скот. – Но вот что я знаю: ему известно, где ты живёшь, где я живу, и где живут мои жена и дети. Я знаю, что, если мы оставим его, мы будем следующими в очереди на ликвидацию. Я видел, как ходячий мертвец угрожал моей семье. Остановить их – для меня самое главное. Самое главное»

Он с трудом слез со стола. «Пойдём, Джарвис. Нам он не нужен». У Скотта подгибались колени, когда он говорил это.

«Ты идиот, – пробурчал я. – Дай мне минуту, чтобы собрать вещи».

До полицейского участка поездка заняла полчаса. Я ощущал её крайне сюрреалистичной, возможно, из-за самолечения. (У депривации сна есть только одно лекарство, но каждый студент-медик знает несколько средств для улучшения). Моё чувство страха было странным образом уменьшено декорациями к Хэллоуину, которые, кажется, украсили каждую улицу. Неожиданно для себя я вспомнил о преждевременном рождении ребёнка Ребекки, когда они надеялись на ребёнка к Рождеству. О своих первых днях в качестве интерна, выменивающего лекарства от похмелья после вечеринок в реаниматологии. О работе в морге в Новый год. Странное время года, в которое мы все чтим мир, напиваясь и убивая друг друга. Я не разговаривал с Ребеккой два года. Через несколько дней моей племяннице исполнится шесть. Понятия не имею, какого рода подарки или открытки подходят для шестилетней.

Я, казалось, уже вечность преследовал ходячих мертвецов, но только сегодня я осознал, насколько большая часть моей жизни ускользнула от меня.

Не знаю, почему я настолько интроспективен. Возможно, шквал причудливых данных – #17, потеря сознания Скоттом, попытка побега Джареда – настолько утрамбовал мой мозг, что ему пришлось создать странные новые синаптические связи, связывающие мои нынешние впечатления с глубоко похороненными воспоминаниями и желаниями.

Я так устал. Должен не забыть написать завтра рецепт для стимуляторов. Я практически отключаюсь.

Тем не менее, я должен дописать до конца про случившееся. Сделать это, пока ещё не забыл. Завтра это всё может показаться сном. Оно уже им кажется.

Мы прибыли к участку полиции около 4:50. Возник небольшой спор. Джаред хотел вести. То есть Джарвис. Скотт и я расположились в задней части его внедорожника, чтобы быть готовыми помочь Джареду забраться, когда мы его заметим. Скотт вытащил гигантский болторез, в ожидании наручников на Джареде. У меня были бинты и одеяло.

Мы услышали выстрелы до того, как его увидели. Джаред мчался к углу на всех парах, но неуклюже, спотыкаясь. В руке у него был рассекатель, а по левой ноге стекала кровь. Я открыл заднюю дверь грузовика и крикнул Джареда, когда из-за угла вышло двое существ. В предрассветном свете было сложно их разглядеть. Думаю, они были гнилью, из разновидности с охватывающим их чёрным туманом. Я выстрелил и попал в одного, но существо лишь замедлилось. Второй бросился на Джареда, хлестнув его спину голыми руками. Он споткнулся вперёд, как раз когда из-за поворота вышли два офицера полиции с пистолетами в руках. Вторым зрением у обоих были видны чёрные пятна, которые, похоже, соответствовали их системе кровообращения.

Скотт выкрикнул проклятья хриплым голосом, и снова излил ядовитый туман из своего тела. Он повалил на ближайшего из гнили, и плоть заметно скукожилась на его костях. Джаред сделал огромный прыжок, схватившись за заднюю часть машины. Затем на нас напал второй из гнили. Зарычав, он прыгнул на бампер и схватил заднюю дверь.

Оба копа открыли огонь. Скотт затаскивал Джареда в грузовик и кричал Джарвису давить на педаль. Гниль, запрыгнувшая на грузовик, начала заползать внутрь. Я посмотрел на него и крикнул: «Замри!». Оно запнулось на мгновение, а затем ринулось в кабину. На его руках были ужасные когти, попавшие мне по лицу. Я ощутил, ка кони проткнули мою щёку; на мгновение я почувствовал кладбищенский вкус. Затем Джаред ударил его рассекателем, и Скотт поступил также с паяльной лампой.

Похоже, пламя погрузило существо в безумие. Я не решился использовать пистолет в такой тесноте, но я схватил электродрель. Оно продолжало неистово молотить руками Скотта и Джареда, но оба мужчины неумолимо окружали его. Джаред схватил его за ремень, чтобы погрузить свой клинок ему в живот, Скотт схватил его плечо и прижал лампу к голове, я навалился на его ноги и засунул дрель в плоть его бедра.

Когда мы закончили, внутренности грузовика были забрызганы кровью от нас всех – но, как мы заметили, тело гнили рассыпалось в прах. Я повернулся посмотреть на своих спутников.

Внутри Церкви Подтверждённой Веры

Специальный выпуск Пост-Трибьюн под авторством Дениза Ренке 12 октября 1999

В течение месяцев замкнутая, скрытная церковь встречалась по воскресеньям в кинокомплексе AEM 6. В отличие от других церквей, занимающихся публичным проповедованием, службы в Церкви Подтверждённой Веры открыты только для её членов – а членство только по приглашениям.

Несмотря на слухи о Церкви и проведённое полицейскими чиновниками расследование, руководство AEM 6 всё также позволяет прихожанам собираться по утрам. воскресенья. Рамона Сиснарос, администратор кинокомплекса, решительно защищает своих арендаторов.

«Назовите мне хотя бы на одну вещь, которую Церковь сделала неправильно, – сказала Сиснарос. – Насколько я могла заметить, они идеальные арендаторы. Никто не жаловался мне, они оставляют кинотеатр чистым, когда заканчивают, и они платят ренты вовремя. Возможно, они молятся не так как вы или я, но я вроде как думала, что Америка основана на свободе вероисповедания».

Шериф Джонас Фрэнкл менее оптимистичен в отношении Церкви. «Я слышал о них слухи, – говорит он. – Слухи о том, что они говорят много бреда, и, возможно, готовятся к каким-то бредовым действиям. Они заявляют, что являются христианами, но я слышал, что здесь много разговоров о «врагах», «демонах» и «развращённых», с которыми нужно «разобраться». Конечно, жалоб не было… пока что. Но мы знаем, кто ходит в этот кинотеатр по воскресным утрам, и, будьте уверены, мы будем пристально следить за ними, если они приблизятся к клинике планирования семьи или чему-то такому».

Хотя против самой Церкви не выдвигались официальные обвинения, двух её членов арестовали за нарушение законов о преследовании. Оба заявляли о нежелании оспаривать обвинения.

Вероятно, преступники встречаются в любой пастве – но когда двух членов крошечной церкви арестовывают за одно и то же преступление в течение трёх месяцев, слухи не могут не пойти. Церковь всегда была крайне закрытой – в некоторых случаях даже до агрессивности. Этим утром я стал первым чужаком, который увидел собрание Церкви Подтверждённой Веры.

Это было непросто: люди были расположены и у внутренних дверей в кинотеатр, и снаружи у запасных дверей. Даже входы во весь кинотеатр патрулировался. Но я забрался в здание до того, как прибыли члены церкви. Бывший работник рассказал мне о служебном проходе над подвесным потолком кинотеатра, и именно там я ожидал начала службы.

Проход был широкий, но всего три фута в высоту. (Он использовался для ремонта звуковой системы кинотеатра.) Мне пришлось ползти, и с каждым дюймом я слышал, как опоры слегка двигаются и скрипят. Единственный свет, который здесь был, поднимался снизу, сияя через трещины в их потолке – моём полу. Казалось, что здесь было много трещин, что было не очень ободряющей мыслью, когда ты на высоте двух этажей.

Приложив глаза к одной из самых больших трещин, я смог увидеть часть прохода между рядами и несколько прихожан. В отличие от многих церквей, большинство людей находилось впереди. Не было музыки, не было гимнов, и было только одно короткое чтение – Иов 29 и 30. Я ни разу не видел того, кто вёл службу, но его голос был громкий, глубокий и мощный, наполненный безоговорочной верой.

После чтения лидер попросил новых членов шагнуть вперёд и представиться. Их было двое – женщина и мужчина. Они нерешительно вышли вперёд. По сравнению с голосом лидера, их голоса звучали тихо и робко. Они сказали, что их зовут Боб и Мэри Энн.

«Наш мальчик, – сказала женщина. – Он ранен – серьёзно. Он в больнице, и он не приходит в себя. Доктора осмотрели его и всё сделали, и сказали, что нам остаётся только ждать».

Возникла неловкая тишина, и затем мужчина добавил: «Его сбила машина».

«Я могу исцелить вашего мальчика». Это был новый голос - женский голос, высокий, чистый и пронзительный, но с ноткой теплоты и жалости.

«Всё так, как она сказала, – это снова заговорил лидер. – Телесные раны ничто для нас, тех, кто услышал голоса ангелов и кому поручено исцеление духа мира. Мы можем – если у вас есть вера. Христос, Сын Божий, отдал своё тело, чтобы спасти нас. Вы, как родители, готовы отдать свои души, чтобы спасти своего ребёнка?».

Пара не ответила. Они были впереди, где я не мог их видеть, но я мог видеть, как другие члены церкви наклонились вперёд в своих креслах. Выглядело это практически так, словно они смотрели фильм.

«Не сомневайтесь – чудо, которое вы ищете, может стать вашим. Нет ран, которые не под силу реальной вере – но мы не будем разбрасывать свой жемчуг перед свиньями. Вы должны заплатить за здоровье вашего сына, и это будет высокая цена».

Что-то в его голосе – таком высокомерном, таком донельзя уверенном – вызывало мурашки по всему моему телу.

«Но не бойтесь! Наш Бог любящ и милосерден. Путь тяжёл, но не жесток. Цену не следует бояться, её следует принять! Я прошу вас отдать ваши души – но отдать их подлинному Богу, Богу спасения и чистоты».

Члены церкви начали раскачиваться в своих креслах.

«Сейчас нет времени на сомнения! Сатана поднялся, чтобы уничтожить мир! Чудища бродят по нашим улицам в человеческом обличье, тогда как ангелы вооружают праведных, чтобы уничтожить врага! Привлекательные маски слуг дьявола рассыпаются, и могилы широко раскрываются, свидетельствуя о пришествии Судного Дня!»

Он внезапно понизил голос, но остался таким же слышимым.

«Мы можем спасти вашего мальчика, но мы не будем спасать его жизнь только ради того, чтобы смотреть за падением его души. Война Добра против Зла быстро приближается, и мы просим вас спастись, присоединившись к правильной стороне. Скажите да, скажите, что вы солдаты господни, и спасение может стать вашим. Откажитесь – и страдания вашего сына будут лишь тенью ваших мук в загробной жизни».

«Кто-то наблюдает за нами!»

Третий голос был безжизненный, гнусавый и холодный. Он не был громким, но, как только он был услышан, лидер замолк, и паства сразу же последовала его примеру. С высоты моего укрытия я видел, как человек в комбинезоне и тёмных очках медленно шёл по проходу. Он остановился прямо подо мной и запрокинул голову. Я подглядывал через трещину, которая была максимум полдюйма шириной, но я чувствовал, как он глядит прямо мне в глаза.

«Это один из них? Одно из дьявольских отродий?» Один из членов церкви поднялся и достал пистолет из-под пальто. Это была одна из немногих вещей, которые могли заставить меня отвести глаза от человека снизу. Я был напуган – слишком напуган, чтобы даже двигаться.

«Нет. Это человек». Когда человек с ледяным голосом заговорил, я, наконец-то, выдохнул воздух, который даже не заметил, что удерживаю. Я как-то почувствовал, что мне только что вынесли приговор.

«Убери пистолет, идиот!» – это был женский голос.

«Кто бы это ни был, он нужен нам живым». Это был первый говоривший. После его слов паства поднялась и побежала вверх по проходам. Я начал возвращаться тем путём, которым пришёл, ушибив колени о металлические леса. Это я был нужен им живым, и мне тоже нужно было таким и оставаться. Лидер сказал последние слова, которые я слышал от членов Церкви Подтверждённой Веры. «Боб, Мэри Энн – у вас есть шанс проявить себя».

Дениз – мы, по-вашему, кто: репортёры или графоманы? ЭАХ

У Скотта было артериальное кровотечение из огромного укуса на шее. Из его яремной вены изливалось столько крови, что глубокие борозды на его груди едва кровоточили. Я использовал прямое давление, но от него не было пользы. Он умер в течение минуты. Думаю, он пытался что-то сказать, но теперь я никогда не узнаю, что именно.

Джареду исполосовали спину, выстрелили в заднюю часть ноги, и оба его запястья кровоточили. На каждом запястье у него был браслет наручников, но цепь между ними была разорвана. Должно быть, он как-то сломал наручники, порезав кожу в процессе. Рана на ноге была тяжёлой; пуля повредила его бедренную кость. Он как-то продолжал бежать на этой ноге, ухудшая разлом. Я начал накладывать жгут, когда увидел проблесковые огни за нами и услышал сирены.

«Он выживет?» – прокричал Джарвис через плечо, мчась через сереющий рассвет.

«Я не знаю – ему нужно в больницу»

«Я не поеду», – простонал Джаред. Я подпрыгнул от испуга. Я предполагал, что он был в коматозном состоянии. «Док, мы должны… вернуться к участку полиции»

«Это безумие! Ты в критическом состоянии!»

«У тебя есть та клиника, так? Ты сможешь привести меня в порядок, так?»

«Нет, Джаред – »

«Док, если он попадёт в больницу, нас арестуют вместе с ним», – объявил Джарвис. Затем он выругался и выкрутил руль, провезя нас через деревянную изгородь и газон. Думаю, именно тогда копы и потеряли нас.

«Док, я прицепил след к нему – к их хозяину! Я могу найти его, только вылечи меня! – Глаза Джареда были широко раскрыты и умоляли. – Док, ты должен спасти меня!»

«Я тебе не грёбаный чудотворец!».

Его лицо было скользким от крови и блестящим от пота. Кривые зубы сверкали белым в его гримасе или улыбке.

«Но вы он и есть, док. Как и мы все».

Это были предсмертные слова Джареда Шумейкера.

Как правило, я стараюсь не ругаться. Я считаю ругань противной. Но я непрерывно ругался, когда тащил Скотта к переднему сиденью. Джарвис был в истерике. Я сказал ему остановиться на вершине холма и выпрыгнуть. Мне пришлось кричать ему, что Джаред мёртв, но мы ещё можем спасти себя. Пока я говорил, я опустошал бензобак пилы Скотта по всей задней части грузовика.

Джарвис сделал так, как я сказал. Мы выпрыгнули, и грузовик скатился с холма, врезавшись в фонарный столб. После этого мне пришлось поджигать его самому, пока Джарвис убегал. Думаю, с ним всё будет в порядке. Он не был ранен.

Вышедший из дома на весь этот шум мужчина обнаружил нацеленный в его лицо мой пистолет. Мне повезло. Шоссе было рядом. Я заставил этого мужчину проехать несколько съездов на запад, прежде чем мы остановились, и я заставил его выйти и отдать мне его пальто. Под ним он был всё ещё в пижаме. Надеюсь, бедняга не подхватит пневмонию. Я направил на него пистолет, и он побежал. Затем я вернулся в машину и направился на восток. Я сошёл с магистрали на наугад выбранном съезде, протёр руль и пошёл пешком. Через несколько кварталов мне попалась автобусная остановка. Я, насколько мог, перевязал своё разорванное лицо, затем обвязал его шарфом. К тому времени, как появились немногочисленные первые пассажиры, беглый осмотр выявил бы усталого старика, плотно укутавшегося в пальто из-за утреннего холода. Не думаю, что кто-то даже смотрел на меня.

26 октября, 1999

Моё лицо не исцелялось с той ускоренной скоростью, которую я ожидал. Это было проблемой: я полагался на не отмеченный ничем облик, если полиция обвинит меня в угоне. Моей надеждой было то, что жертва не сможет дать связных показаний. В конце концов, его захватил и запугал ранним утром покрытый кровью человек. Это не способствует точным показаниям.

Кажется, что всё разваливается на части. Вчера я обнаружил, что меня забанили в рассылке охотников. Я спросил Лупэ, что происходит. Она ответила, что не хочет говорить об этом по телефону. Когда я встретил её после работы, она странно на меня посмотрела. Это уже был несносный день. Я видел не одного, а двух иллюзионистов на дневном телевидении, которые воспроизводили трюки Джареда, используя стандартные сценические фокусы. Обе передачи уделяли большое внимание его криминальному прошлому и впечатляющему побегу. Никто и не подумал сказать, что у него не было ни опыта, ни ресурсов, чтобы создать такие сложные иллюзии. Не упоминалось, что его никогда не подозревали в мошенничестве прежде. Нет, была лишь удобная чепуха о РСР, давшем ему силы сломать наручники, и полиции, запуганной массовой истерией. Я удивлён, что они не включили в историю болотный газ и метеозонд.

Что касается Скотта, то он был ужасно оклеветан. Я даже не буду повторять то, что они написали про него. Но Скотт не единственный, чья репутация была растоптана. Пристально на меня посмотрев, Лупэ спросила: «Это правда?». Я, естественно, спросил её, что за «это».

«В списке рассылки сказали, что ты не настоящий доктор. Там сказали, что ты потерял свою лицензию из-за экспериментов над трупами, и теперь ты занимаешься подпольными абортами. Что из этого правда, док?».

Было сложно понять, как поступить. С таким именем, как «Гуадалупе», она, вероятно, была католичкой самого суеверного вида. С другой стороны, я сделал не одно расширение и выскабливание набожным латиноамериканским католичкам.

Я не смог прочитать её, так что я рискнул положиться на правду.

«Да, я делаю аборты. Но, прежде чем ты представишь меня злобно ухмыляющимся над согнутой вешалкой, позволь уверить тебя, что я использую безопасные, стерильные процедуры. Я не делаю аборты в третьем триместре. И я сохранил свою медицинскую лицензию. Я был осуждён АМА² это правда. Ни одна больница не возьмёт меня на работу. Но это не означает, что я некомпетентный мясник или какой-то толкающий пилюли доктор Будьздоров».

Она сжала губы и отвернулась. Затем она спросила, знаю ли я, что случилось со Скоттом. Я не мог рисковать ещё большим её отчуждением, поэтому я ответил, что не знаю.

(Позже.)

Я пытался позвонить Лиф и Окену. Лиф повесила трубку после того, как выплюнула ядовитый вздор о том, что она «всегда знала, что я был патриархальным позером, объективирующим тела женщин как машины по производству детей, которые можно включать и выключать когда захочешь». Окен перезвонил мне через полчаса. То, что он сказал, было гораздо более связным, но таким же неутешительным.

«Док, мне кажется, список рассылки разваливается на части»

«Что ты имеешь в виду?»

«Свидетель1 выкинул кучу людей из списка – не только тебя, но и Книжногочервя и Охотника. Книжныйчервь создал собственную рассылку, и в ней есть парень, утверждающий, что он и есть изначальный Свидетель – что кто-то захватил рассылку и каким-то образом не подпускает его к ней. Мечутся самые разные обвинения – что такой-то бросил этого кого-то умирать при нападении на логово какого-то существа, что они… кем бы они ни были… были, ну, предупреждены».

У меня было неприятное воспоминание о Джареде, говорящем, что нечто ненаблюдаемое скрывалось прямо в его машине. Я подумал о невидимках, которые приходили в мой дом и уходили из него, когда хотели, задерживаясь лишь, чтобы помучать меня. На что полагается компьютерная сеть? Всего лишь на пароли, набранные на клавиатуре. Определённо, это не было большим препятствием для невидимых существ.

Я доверил свои страхи Окену. Он рассказал мне, как связаться со списком, который создал Книжныйчервь, но мы оба согласились с тем, что любая информация из обоих списков должна восприниматься с некоторым сомнением.

Я спросил его, можем ли мы встретиться лично, и он ответил, что вряд ли. Я спросил, не из-за Лиф ли. Хотя он не ответил конкретно, я не сомневался, что это она стала барьером межу нами.

Проклятье.

Любимый Брэд,

Я умер. Мои душеприказчики дали тебе ключи от моей банковской ячейки. Вместе с этим письмом у тебя будет немного денег, фальшивые удостоверения личности и моё извинение.

Я прощу прощения, потому что я знал что умру – ужасной смертью – и не сказал тебе. Я прощу прощения, потому что я лгал тебе целые месяцы. И я прошу прощения, потому что, хотя ты этого ещё не знаешь, я разрушил твою жизнь.

Но обо всём по порядку.

Я никогда тебе об этом не рассказывал, но я много раз думал о самоубийстве ради защиты моей семьи от правды о моей ориентации. Я планировал съехать с дороги так, чтобы это казалось несчастным случаем. На самом деле, когда мы встретились в том баре, я как раз пытался набраться смелости сделать это. Ты пролил свой напиток на меня, и подумал, что я расстроился из-за того, что ты испортил мой пиджак. Ты даже и не мог представить, насколько я был в тот момент близок к тому, чтобы покончить со всем этим.

Ты извинился. Мы поговорили. К концу вечера я переродился. Ты был первым человеком, с которым я мог быть честен, и с которым я мог быть собой. Даже хотя это в итоге стоило мне жены и семьи, встреча с тобой была лучшим, что когда-либо случалось со мной.

Когда я оставил Глорию, я поклялся, что никогда не буду лгать тебе так, как лгал ей. Теперь я вижу, что это было просто самообманом. Мы оба втайне знали, что наши отношения были окутаны полуправдами – я жил другой жизнью, о которой ты ничего не знал.

Не было никаких грантов на обучение. Не было никаких циклов лекций. Я уходил так поздно, потому что я убивал монстров.

Я написал и удалил это предложение 20 раз. Я опробовал каждый подход, который мог придумать, и я подумывал сказать тебе нечто более лёгкое, но менее правдивое. В итоге, я решил оставить этот мир, не кривя душой, что свелось к этим словам. Я убивал монстров.

С таким заявлением, я навсегда останусь в твоей памяти сумасшедшим. Возможно, возможно, если бы у меня была целая книга для рассказа о том, чем я стал, я бы мог убедить тебя в ином. Но я не могу позволить себе такую роскошь. Причина, по которой я пишу это сейчас, состоит в том, что я сомневаюсь, что доживу до утра. Сегодня, можно сказать, финал.

Это началось в июле, когда моя машина была на обслуживании. Я поздно возвращался домой на автобусе. Мы как раз повернули на 5-ю авеню. Ты сам знаешь, что там творится. Как бы там ни было, я увидел, как мальчик садится в лимузин в половине квартала от меня. Лимузин въехал в транспортный поток, и автобус какое-то время ехал с ним вровень. Люк в крыше машины был открыт, и я заглянул внутрь, как и ещё несколько человек с моей стороны автобуса. Я помню, что тот мальчик казался очень молодым. Меня смутила эта ситуация и я отвернулся.

Снова туда я заглянул уже новым взглядом. Время, казалось, замедлилось, и я видел вещи, которые были скрыты всего мгновение назад. Я увидел «ухажёра». Хотя я бы мог и прежде назвать его образно монстром, в этот момент я увидел его монстром буквально. Он был ужасен. Это всё, что я могу сказать о его внешности. Я видел, как монстр открывал свой рот. Я видел то, что у него вместо зубов. И я видел, как он бросился на мальчика. Тогда, в то невозможно долгое мгновение, я осознал, что стою перед выбором.

Если бы это случилось с тобой, ты бы, несомненно, попытался дать объяснение с точки зрения религии. Я знаю, что вера для тебя важна. Сам я подозреваю, что каким-то образом вступил в контакт с более примитивной стороной своей личности, которая, словно мой ид, незаметно держалась позади всю мою жизнь. Когда я увидел «монстра», память рода – ид-страж – вышла в моём разуме на передний план, принеся мне мудрость и оружие.

Звучит нелепо, но я пришёл к мысли, что было время в нашем прошлом, когда люди соперничали с другими видами. Думаю, мы выиграли ту войну, но использованные для этого навыки атрофировались и остались в спящем состоянии лишь в некоторых из нас. Но часть врагов выжила и скрылась среди нас. Похоже, мой ид-страж активизировался, когда я увидел одно из этих существ. Он предложил мне варианты.

Каковы бы ни были причины, я сделал свой выбор и побежал к кабине автобуса. Я схватил руль и заставил автобус врезаться в лимузин.

Монстр и я сражались. (Знаю, это вызовет у тебя смех – мысль о том, что я подниму на кого-то руку в гневе. Ты бы в такое не поверил.) Он был холодным. Моя кожа даже сейчас покрывается мурашками при мысли о нём. Его убийство было самой ужасной вещью, которую я когда-либо делал, но это то, что я совершил.

Меня не арестовали, и в новостях ничего не было. У меня есть теории насчёт всего этого, но, как я говорил, у меня мало времени.

Со временем я нашёл других подобных мне. Мы раскапывали глубже гнездо, которое породило того первого монстра. Оказалось, он был довольно молодым и слабым по сравнению с остальными. Сегодня ночью будет последняя битва. Если я погибну, и они опознают меня, то ты окажешься в опасности. Используй фальшивые удостоверения личности, чтобы сбежать. Хотел бы я оставить тебе больше денег, но я потратил все оставшиеся.

Я знаю, Брэд, что ты не любишь меня – едва ли. Ты воспользовался мной, чтобы обрести лучшую жизнь, но мне всё равно. Твоё присутствие, независимо от твоих намерений, сделало и мою жизнь лучше. Мы использовали друг друга. Я люблю тебя, Брэд. Рад, что ты пролил свой напиток на мой пиджак. Джим.

Я люблю тебя, Брэд. Рад, что ты пролил свой напиток на мой пиджак.

Джим.

28 октября, 1999

Когда я сегодня вернулся домой, там меня ждало по меньшей мере восемь невидимок. У некоторых были плакаты. На одном было написано: «Помогите найти моего ребёнка!» На другом: «Я не смогу упокоиться, пока не буду прощён». Я пытался притвориться, что не вижу их, но они столпились вокруг меня, пихая мне в лицо свои жалкие таблички и грустные виды. Это было больше того, что я мог выдержать. Я закричал, схватил кочергу и начал неистово ею размахивать, «ударив» нескольких, после чего убежал в свою машину. К счастью, никто из них не последовал за мной. Я завёл двигатель и уехал.

Не знаю, что я буду делать. Все «наделённые», которых я знаю, либо мертвы, либо отреклись навсегда от моей компании. Мой дом кишит призраками, которым я не могу навредить. Я нарушил несколько крупных законов, и не добился ничего, кроме мучительных ран на лице – их и знаний о том, что неестественное намного более могущественно и распространено, чем я когда-либо даже мог опасаться.

У меня возник порыв рвануть к Ребекке. Я так долго был один. Как там звучит старая пословица? «Семья означает, что им придётся принять тебя назад»?

Но она ни за что не поверит мне без доказательств – и если невидимки последуют за мной, она окажется беззащитной.

Если такова цена доказательства и временного комфорта, то она слишком высока.

Нет. В эти праздники я не вернусь домой.

Дневник Люцимала

Всю свою жизнь я стремился сбросить свои человеческие ограничения. И сегодня я в этом преуспел. Сегодня моё старое, слабое я умерщвлено. Более не буду называть это имя. Сегодня я переродился, став большим, чем человек. Сегодня я демон. Сегодня я иду на войну с Богом.

Зовите меня Люцимал.

Однажды моё имя будет известно всем, когда я сломлю всё сопротивление и воцарюсь как Владыка Всех Миров. Битва будет долгой и тяжёлой, но страху нет места в сердце Люцимала. Нет места и для сомнений или сожалений или любых других человеческих слабостей. Есть место только для величия, для силы, для священного предательства. Есть место только для себя.

Моё старое я годами изучало оккультные искусства, идя путём слабости, сомнений и неуверенности. Моё новое я овладело ими за мгновение. Все мои усилия довели меня лишь до границ, и там я смотрел, сжимаясь от страха.

Затем я услышал Голос. Затем я увидел так, как видят демоны. Затем я сражался так, как сражаются демоны.

В тот день я убил низшего демона – какой-то бес, терпящий земное мучение, который годен только на наслаждение обычными людьми. У меня должна быть добыча получше этой. Я должен поедать сердца королей-демонов!

Я был не единственным, кого Голос одарил силами Ада. Одному был дан пылающий меч, как у стража Малика. У другого был голос, словно у Метатрона, способный подавить любого духа, который его услышит. Но я был одарён властью Нергала, одарён клубящимся туманом смерти, чтобы возвыситься над своими демоническими собратьями. Другие – глупцы. Они не понимают, что произошло с ними. Женщина с мечом Малика, её зовут Джоан. Она думает, что её силы пришли от «Бога», и были даны для борьбы со «злом». Простофиля. Для меня – знающего человека – ясно, что Голос не заинтересован в таких хрупких, пустых концепциях, как «добро и зло». Когда с ваших глаз спадёт пелена, становится очевидно, что нет никакого добра, что это мир представляет собой зло, и что все в нём либо откровенно порочны, либо введённые в заблуждение пешки более разумных злых существ. Я убью её первой, когда она больше не будет полезна.

Не знаю, кем был этот Голос – Семиязой? Харутом или Марутом? Это не важно. Важно вот что: демоническая природа человечества пробуждается, и только я знаю, что это по-настоящему значит.

Конец близок. Апокалипсис – последняя великая война всех против всех – приближается, и повелители тьмы подыскивают запасные варианты. Только одно существо сможет подняться над разрушенным миром. Сейчас это может быть Сатана, Иблис или Зирас Неправедный – что неважно, ведь я ещё не собрал достаточно сил, чтобы бросить им вызов. К тому времени, как я смогу это сделать, его, скорее всего, свергнет новый повелитель. Я должен тщательно планировать свои действия. Великий правитель всегда привлекает ядовитую зависть. Я должен быть последним завоевателем, тем, кто нападёт тайно, когда все остальные истратят все свои силы.

Таков план и Голоса тоже. Если ты не можешь победить в сложившейся битве – меняй правила. Если трон Сатаны слишком хорошо охраняется, то создай армию смертных простаков, чтобы ослабить адские силы. Многие из этих «наделённых» без сомнения будут сражаться за правое дело против демонов, неосведомлённые о том, чьим целям служат. Также многие умрут. Некоторые станут могучими воинами, пьющими смерти своих демонических врагов и принимающими их нечестивую силу. Эти немногие примут бой прямо у врат самого ада, и, пока Владыка Пламени будет занят, Голос планирует нанести скрытный удар, сместить ослабевшего правителя и занять его место. Если Голос сможет продолжать обманывать свои пешки, то так и будет. Если же нет, то их собственное изнеможение сделает их лёгкой добычей для его силы.

Только у того, кто знает правду, есть какая-то надежда на выживание. Только у того, кто достаточно гордый, чтобы убивать, достаточно безжалостен, чтобы поглощать, достаточно мудр, чтобы выжидать, и достаточно порочен, чтобы предать.

Только у меня. Только у Светоча Зла.

Только у Люцимала.

---

¹ — Соответственно, «Лист» и «Дубовый». [Наверх]

² — Американская медицинская ассоциация. [Наверх]